Легенды и мифы Силикатного Переулка

— Да никогда! Я что, не знаю? Я всё знаю, даже если не видела! Что ты с ворами связался, про одноклассниц твоих, проституток, про школу, где вы алкоголь дегустируете. Москит этот, Альбинос, Либидо и прочая шпана подворотная. А приятель этот твой, Гриша Пятый Троллейбус — сразу видно: бандит! Никакой квартиры вы от меня не получите! А достанется она Никите Фёдоровичу! Он мне видишь каких кукушечек дарит?

Я, пока был этот разговор, ждал друга в коридоре и поэтому всё слышал.

Роллтон, хоть и догонял меньше меня, сразу смекнул, чем это пахнет.

Шагнул осторожно из комнаты, прикрыл за собой дверь — а потом тут же засунул между ручкой и косяком ножку табуретки, которая в прихожей стояла. Чтобы бабка с той стороны открыть не могла.

Схватил телефон — старый ещё, дисковый, — и принялся набирать скорую помощь. Чтобы пятую бригаду вызвать и наконец-то бабу Фросю невменяемой признать.

— Так оно надежнее, — пояснил Роллтон, — Можно будет в дурку сбагрить, ещё куда-нибудь. Сам видишь, что с ней.

Продаст кому-нибудь квартиру за один рубль — всё, пиши пропало, на что жить будем?

Но ничего у нас не вышло. Потому что пока мы ждали пятую бригаду, Никита Фёдорович выбрался из зеркала и помог бабе Фросе сбежать.

Рукописи говорят

Однажды в седьмом классе мы прочитали про Октябрьскую революцию и решили бороться с буржуазным влиянием. Для этого взяли кошелёк, привязали его к леске и выкинули на дорожку в парке Челюсти.

Видим — идёт какой-то мужик в синей куртке. Вот он заметил наш кошелёк, наклонился, чтобы поднять.

..

А мы с друганом Роллтоном — дёрг за леску! И кошелёк исчезает в кустах.

Мужик — за ним. И начал ломиться через кусты прямо к нам. Об этом мы с Роллтоном как-то и не подумали...

— Убью, суки! Порежу!

Ну вот мы с друганом Роллтоном и побежали. Мужик — следом за нами. Через весь парк и дальше, через заросли у литейного цеха прямо в лесной массив около Дражки.

Выносливый, гад, оказался.

Бежали мы через эту лесополосу очень долго. И были настолько перепуганы, что даже не догадались разделиться.

А когда наконец расслышали, что погони больше нет, оказалось, что мы стоим в колючих кустах возле какой-то незнакомой поляны.

Посередине поляны возвышался шалашик из профнастила — в таком ожидаешь, что будет жить бомжик.

Мы подошли поближе. Хотелось проверить, можно ли там заныкаться.

Заглянули внутрь и увидели, что в шалашике нет никого, только вонь разложения. А на полу раскиданы исписанные тетрадки.