Собиратель грешных душ (Жнец)

- Пошёл ты к чёрту! – выругался грабитель и попытался плюнуть мне в лицо.

Что у них тут за мания такая плеваться словно верблюды? Придётся сломать этого упрямца, перед тем как убить. А вот поговорить по душам, скорее всего не получится. Тот худощавый, кстати, так же не являлся кандидатом на задушевную беседу. Пустая трата времени.

Моментально меняю захват, выкручивая его запястье, выхватываю нож из его руки и тут же наношу колотые раны в разные области, плечо, бедро, бок. После этого угрожающе целюсь остриём ножа грабителю в глаз.

Лицо его исказилось от боли и в глазах начал появляться страх. Его глаза с трудом успели уловить мои движения наносимых ударов. Всё неизвестное и не постижимое для ума пугает в первую очередь. Далее пошатнувшуюся психику добивает собственная фантазия. Человек не понимает чего ему теперь ожидать ещё, все его усилия тщетны. Сознание перестаёт адекватно воспринимать происходящее, не имея возможности логически это объяснить.

Я смотрю в его широко раскрытые глаза в поисках самого слабого места в сознании.

Вся его жизнь передо мной, словно на ладони. Все её основные события, счастливые моменты и трагедии. Его раны кровоточат, доставляя ему, неимоверные страдания, но он превозмогает эту боль. Сломать его на этом уровне не получится, да я и не собираюсь. Всё это лишь мостик для перехода на другой уровень.

- Ты ведь любишь своего сына? – спокойным голосом спрашиваю я и тут же добавляю, - Смирнов Евгений Анатольевич. Пятого числа рождения мая месяца.

Проживает в городе….

Он прерывает меня и охотно соглашается:

- Да. Я люблю его.

- В таком случае я предлагаю тебе сделку: Ты прямо сейчас скажешь мне то, ради чего я его не трону, - я убираю нож от его лица, - Ты же в свою очередь, умрёшь достойно. Обещаю.

- Почему я должен тебе верить?

Остатки былого лицемерия исчезают с его лица.

- Кто я, по-твоему? Человек?

- Забери мою душу, но оставь ему жизнь! Прошу тебя! Ты ведь сдержишь слово?

На глазах грабителя появляются искорки, это признак накатывающихся слёз, которые он теперь не боится показать мне.

Чернота пропадает в зрачках и появляется что-то человеческое.

- Принято, - добродушно заключаю я и добавляю, - Исполнено.

Его глаза не успеваю различить этот удар клинком прямо в сердце, настолько он быстр. Смерть наступает спустя всего несколько секунд. Его ноги становятся ватными и разом подгибаются. Больше он никому не причинит боль и никогда не сможет обнять своего сына.