Конфидент

Юноша ощутимо дрогнул, поднял плечи, словно надеясь нырнуть под защиту доблестных предков, но потом выпрямился в струну, не иначе стремясь соответствовать их чаяниям, а не подачек просить. Деманд подумал со взрослой серьёзностью, что будущий граф немало всего пережил, хотя и не выставляет своих страданий напоказ.

– Если мёртвые за тебя, то живым придётся подвинуться, – сказал недоучившийся маг, стремясь приободрить спутников. – Тот мир сильнее этого, потому что принимает всех и суд его неумолимее здешнего.

– Я приму свою участь, – тихо ответил Эрих. – Если отец подлинно желал видеть на почётном месте другого сына, он в своём праве.

Медлен вежливо промолчала, но показалось, что она не прочь отвесить излишне благородному брату хороший подзатыльник. Деманд мысленно с ней согласился. Сюзерену следовало помнить о вассалах, не только о себе, решения его отзывались на многих людях.

Парковые дорожки содержались в порядке, на их аккуратных проплешинах все трое чувствовали себя излишне заметными.

Эрих повёл напрямик, хотя трава уже оказалась сырой. Миновав ещё одну ограду, отделявшую парк от хозяйственного двора, заговорщики вышли к задней двери, которой пользовались обычно поставщики и прислуга. Низкие широкие проёмы, служившие для загрузки в кладовые дров и продовольствия, были хозяйственно закрыты ставнями.

Деманд опять прислушался, стараясь сосредоточиться только на живых. Никого не почуял. Прислуга, если её комнаты и находились поблизости, спала.

Господа, если и бодрствовали, то далеко, в другой части обширного дома. Эрих извлёк из кармана нужный ключ и почти бесшумно повернул его в замке. Цитадель охотно впустила маленькую армию претендента.

Глава 18 Деманд

Внутрь прокрались, едва дыша, хотя крепкий на века сделанный каменный пол скрипеть не мог в принципе. Эрих, как и любой мальчишка, в свои юные годы, изучил не только парк, но и дом, в том числе службы, да и Медлен, как выяснилось, знала его хорошо.

Наверняка кузены одного возраста охотно играли вместе. Дорогу знали, так что вполне хватало отблесков света снаружи, чтобы не заблудиться и не наткнуться на неведомые препятствия.

Миновали кладовые, потом справа отчётливо потянуло запахом пряностей, тех мясных блюд, что повара оставляют томиться на ночь. Деманд невольно сглотнул слюну. Обыденность уютного мира, где стряпают вкусную еду в извечной попытке насытить голодные животы, помогла успокоиться.