Отверженный III: Вызов

История магии и следующая за ней артефакторика пролетели быстро, мы ушли на большую перемену, перекусили в столовой и отправились на практические занятия на одну из малых арен. Там мы быстро переоделись и принялись ждать преподавателя.

Как обычно, на практике, помимо Коржова, присутствовал Игнатьев. Ярослав Васильевич рассказал новеньким, как будут проходить практические занятия и предложил провести пару показательных поединков. Андрей Николаевич неожиданно предложил начать с новичков.

— Я сегодня хочу вас научить одному из важнейших правил! — заявил куратор группе.

— Но для начала давайте проведём первый спарринг. Кто из новеньких хочет выйти на арену? Поднимите руки!

Несколько новичков, в том числе и Родион, подняли руки.

— Отлично! — сказал куратор. — Я рад, что так много желающих. Троекуров, выходи на арену!

Племянник губернатора вышел на арену и демонстративно похрустел пальцами, которые ему быстро и качественно восстановили лекари академии.

— Родион, выбери себе партнёра для спарринга, — сказал Коржов.

— Ты можешь выбирать не только из новичков.

— Он! — заявил Троекуров и указал пальцем на меня.

Кто бы сомневался в таком выборе. Парнишка был глуп и продолжал это доказывать. И похоже, Андрей Николаевич, обидевшись на нелепую угрозу увольнения, решил преподать избалованному дворянскому сынку хороший урок. Надо было не разочаровать куратора и подыграть.

— Андреев! — сказал Андрей Николаевич. — Выйди на арену!

Я быстро выполнил указание и через несколько секунд уже стоял на арене.

Штатный лекарь, всегда присутствующий на практических занятиях, приготовился работать. Коржов расставил нас с Троекуровым на арене и дал отмашку начала поединка.

Племянник губернатора сразу же встал в стойку, и я почувствовал исходящую от него ко мне ненависть. Впрочем, она была не такой уж и сильной. Презрения ко мне было больше. Видимо, парнишку дома готовили к академии — он тут же стал ставить себе защиту в виде песочного вихря. Но вряд ли его подготовка могла сравниться с тем, как меня муштровал Гурьев.

Я быстро выпустил в Троекурова один за другим три ледяных шара, в принципе примитивных, но достаточно мощных, чтобы пробить его оборону. Родиону пришлось уводить эти шары руками в сторону, а пока он это делал, не до конца выставленная защита развалилась. Отведя в сторону последний шар и заметив, что я особо ничего не предпринимаю, племянник губернатора решил перевести дух буквально на три-четыре секунды и за то время поднять концентрацию.