Отражение сна

Он не сделал ничего из этого — молча и неподвижно стоял на месте. И выцветал. Растворялся в пространстве. Уходил.

— Эй, подожди, я... — Марина хотела сказать ему что-то ещё, сама не зная что, потянулась к нему. Её пальцы схватили пустоту.

Глава 13. Один за одним

На душе скребли кошки, на рисунках мяукали котята. А ещё на рисунках пели волшебные птицы, сияла магия дружбы и даже злые колдуны заключали перемирие с добрыми ведьмами.

Марина долго сомневалась, стоит ли выкладывать в своём блоге слащавые рисунки по довольно-таки циничному и стёбному мультсериалу.

Сомневалась до тех пор, пока не вспомнила, зачем их рисует и зачем завела блог — ради собственного удовольствия, а не ради лайков, подписчиков и стопроцентного копирования каноничных образов.

Как и ожидалось, кто-то из комментаторов указал ей на искажение канона. А вот что стало неожиданностью, так это популярность рисунков: счётчик лайков крутился быстрее, чем когда-либо. Видимо, в нынешние времена многим хотелось чего-то светлого и сладкого, а не тёмного и острого, пускай даже второе было ближе к истине.

В жизни Марины стало больше рисования: к работе прибавилось хобби. При этом усталости от рисования стало меньше. Когда делаешь дело не потому что надо, а потому что хочется, это заряжает энергией. Даже если разницы между двумя делами почти нет.

С физической энергией всё было хуже, чем с моральной, в духе «только что проснулась, а уже устала». Марина поднималась с кровати вся разбитая, с туманом в голове и болью в мышцах. Постельное бельё сминалось не больше, чем обычно, — значит, Марина не ворочалась ночь напролёт, повторяя наяву движения из тренировок во сне.

Но тренировки были слишком реалистичными, и её тело начинало верить, что они происходили на самом деле.

«Ты занимаешься какой-нибудь физической активностью?» — спросил Алекс-«богатырь» ещё на первом занятии. Марина кивнула — мол, конечно, занимается. Уточнять, что вся её физическая активность заключается в прогулках да в короткой разминке для спины и плеч (иначе те давно отвалились бы из-за сидячего образа жизни), не стала.

Похоже, обманула сама себя.

Она внимательно посмотрела на свои руки — слабые. Слишком слабые. В школе она едва подтягивалась один раз; сейчас, наверное, и того не сможет. Ну и какой тогда из неё боец?

Марине не нравилось оружие. Ещё меньше ей нравилась перспектива вступать в бой и кого-то ранить. Убивать. Даже если этот «кто-то» — кошмар. Но если она не научится атаковать, то не научится и защищаться.