Отражение сна

Или даже окунуться.

Купаться в городе — так себе идея. Даже в парках вроде этого, где река втекает в город, а не вытекает из него, напитавшись всей возможной дрянью. Марина как-то раз попробовала, ещё когда была подростком, — и не успела она доехать до дома, как её кожа зачесалась, а затем покрылась мелкой красной сыпью.

Но с тех пор закрылось несколько заводов, экология стала хоть чуточку благоприятнее, да и пляж здесь был лучшим из всех: парк располагался на самом севере и был большим, зелёным, находился вдали от промзон и жилых кварталов.

Высоко в небе носились ласточки — как маленькие округлые болиды, по форме и окрасу слегка смахивавшие на косаток. Забавное совпадение: касатки (ласточки) и косатки (киты-убийцы) даже назывались похоже. Марина вечно путала одних с другими, пока не придумала проверочную цепочку слов: «касатик» — это что-то ласковое, а значит, про птичку, а не про морского хищника, поэтому ласточка — касатка, через все «а».

Ласточки успевали не только быстро летать и маневрировать, но и издавать громкие журчащие звуки, ласкавшие слух и делавшие лето ещё более летним.

По сути это, наверное, было то же самое, что автомобильные сигналы в оживлённом трафике. Только гораздо мелодичнее.

Марина отстала от группы, чтобы на минутку заскочить в здание с лаконичной надписью «WC». Но минутка растянулась до четверти часа: пришлось отстоять длинную очередь из тех, кого посетило то же желание.

Сейчас Марина была безмятежна, как гладь реки: Наташа подробно объяснила, куда именно они идут, назвала пару ориентиров, да и телефон её был в сети.

К пляжу вела живописная тропинка: справа тянулись к небу сосны, наполнявшие воздух терпковатым запахом смолы и хвои, и попадались уютные беседки, а слева блестела река. Здесь люди не купались, потому что берег был высоковат, метра два над водой. Даже рыбаков не было.

Однако пройдя мимо зарослей камыша, Марина краем глаза заметила внизу что-то белое. Это оказалось платье. Внизу, по щиколотку в воде, стояла женщина; подол её платья, похожего на ночнушку, намок — но она этого будто не замечала.

Ещё удивительнее были её волосы: длинные, почти до колен, тёмные, спутанные. Женщина стояла неподвижно, её лица не было видно. Но вот она медленно начала поворачиваться.

Будто льдинкой по спине провели — Марине стало зябко, побежали мурашки, хотя вокруг по-прежнему был жаркий летний день.

Солнце лило на землю тяжёлое расплавленное золото. Воздух сгустился и замер. Звуки умерли. Время остановилось.