РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

– Альбертини, послушай‑ка! Кто‑нибудь крутился сейчас возле моего стола?

Подольский глянул на него сумрачным взором – в последнее время перед уроком английского у него отчего‑то всегда изрядно портилось настроение.

– Ага, – лениво протянул он. – Какой‑то шкет заходил, из младших классов. Не то за мелом, не то за тряпкой. Совсем мелкота распустилась – ходить нормально не умеют. Так бежал, что твою тетрадку на ходу спахнул прямо на пол. Глаза у них не на том месте растут.

– И что? – напряженно спросил Денис, не спуская с Подольского пытливых глаз.

– Ну, естественно, я велел ему поднять да отряхнуть. И на место положить. Я ведь добрый – другой бы и по шее навернул такого леща!

– И что? – вновь повторил Денис.

Если это действительно был тот, кого он подозревал, у Альбертини могли возникнуть большие проблемы. И не только в одной области шеи!

– А ничего, – в тон ему ответил Подольский и усмехнулся. – Попробовал бы не поднять!

В следующий миг его усмешка стала кривой и унылой – в кабинет вошла учительница по английскому языку Виола Ивановна.

Она была вся словно овеяна туманом звучных цитат из Шекспира и еще, кажется, Роберта Бернса.

– Так что за шкет? Из какого все‑таки класса? – прошипел Денис, вконец теряя терпение.

– Судя по его росту – из самого первого, – процедил Подольский и тут же расплылся в равнодушной улыбке. Через секунду он уже монотонно твердил вместе со всем классом английское приветствие:

– Глэд ту си ю, Диа Тиче!

Денис еле успел обернуться к Виоле.

Надо ли сомневаться, что весь последующий урок он ерзал от нетерпения и ничего толком не запомнил из объяснений учительницы?!

Тающий снег и минувший яростный футбольный матч сделали‑таки свое грязное дело. Все поле, в особенности возле штрафной площадки, превратилось в вязкое серо‑коричневое месиво. Оно было все истоптано многочисленными кедами и бутсами, и Денису пришлось огибать его вдоль кустов сирени и боярышника, в глубь которых так часто любил укатываться мяч.

За одним из кустов его и ждали.

– Маленький Мальчик! – радостно воскликнул Денис. – Значит, я был прав! Но откуда ты здесь?

– Небось, и сам знаешь, откуда, – буркнул человечек в пальто и кедах, выходя из‑под ветвей сирени. С них обильно капало, и баранья ушанка преподавателя Шутилова посада уже намокла. Впрочем, Маленький Мальчик как всегда был в духе, и на его лице незабудкой цвела ироническая, хотя и несколько усталая улыбочка.