РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Разве за такую растительную жизнь стоит цепляться?» — всерьез думала Леся, чувствуя, как ее сердце всякий раз испуганно екает и замирает при виде этой невообразимой, бездонной пропасти.

В тот день она так и не нашла в себе сил пройти по стеклу над этой многометровой бездной. Так только — всего один разочек осторожно наступила на уголок стекла одной ногой. Да при этом еще крепко держась за мамину руку. И тут же поскорее убрала ногу, чувствуя, как внутри нее все обмирает.

— Ну, чего же ты?! — возмутился Максим.

— Давай, шагай ко мне скорее. И не бойся — тут ни чуточки не холодно. Наверное, какая‑нибудь аномалия... Вот и повезло же нам!

«Ну, что ж? Теперь, или никогда!» — твердо сказала себе Леся.

Мысль о том, что она может сейчас спасовать перед Максимом после всех его занудных поучений, казалась ей просто невыносимой. И она ухватилась покрепче за ракитовый прутик, после чего, замирая и трепеща, как воробышек, шагнула в воду.

И ничего не почувствовала.

Ни холода, ни воды, вливающейся в сапожки.

Было только чуть зябко ногам, словно Леся сейчас стояла на замерзшей зимней мостовой. А по ней весело мела стремительная, упругая поземка.

— Я сначала отражение увидел! — заторопился рассказать Максим, слегка подвигаясь и одобрительно глядя на Лесю. — Как только руку убрал, смотрю: а под водой‑то — прозрачно! Точно окно. И как будто кто‑то меня надоумил, я возьми и шагни! Прямо туда. Вот интересно, думаю, а что там, внизу?

И он склонился над прозрачным окном. Будто высматривал на дне ручья снующих во все стороны быстрых маленьких рыбок.

Леся тоже посмотрела вниз. Там, в глубине, прямо под ногами девочки, как ни странно, начиналась призрачная улица, мощеная булыжником. Она круто уходила вниз, и вдалеке, на самом дне этой прозрачной пропасти виднелись дома.

— Вот здорово! Эх, попасть бы туда... — мечтательно протянул Максим, не двигаясь, впрочем, с места.

— Знаешь, Максик, — сказала Леся. — У меня такое чувство, что тут у нас под ногами — здоровущий телескоп.

— Или наоборот, микроскоп, — поддакнул Максим и незаметно для Леси ухмыльнулся. Какие же они все‑таки наивные, эти девчонки!

— И мы сейчас стоим прямо на его стекле. Ну, на объективе, — упрямо продолжила Леся. — А как ты думаешь, сколько оно еще нас выдержит?

Словно в подтверждение ее слов с прозрачного дна раздался негромкий, но вполне характерный треск. Ребята поглядели друг на друга и, как по команде, не сговариваясь, разом выскочили из воды.