РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

– Тайна личности, значит...

Он уже отлично знал: если его упрямый спутник намерен о чем‑то молчать, из него ничего не выжмешь и не вытянешь, даже клещами.

– Ну, с учетом того, что провожатый – волк, скорее, назовем это "тайна волчности", – хмыкнул Маленький Мальчик. – Думаю, что скоро ты его увидишь воочию.

И не вдаваясь в дальнейшие подробности, он приложил ладонь к глазам наподобие козырька. После чего волшебник из Лицея придирчивым взглядом занудной старой покупательницы оглядел окрестности. Кругом, по обе стороны их пути тянулись травы.

А между тем, где‑то впереди, уже очень скоро должен был показаться старый тракт.

Денис тоже последовал его примеру.

– Хорошо все‑таки идти в поле, – мечтательно протянул он, с любопытством вглядываясь в затуманенную линию горизонта. – Далеко видно, все как на ладони.

– Ага, – согласился Маленький Мальчик и зло сплюнул под ноги. – И ты сам тоже – как на блюдечке с голубой каемочкой. Хочешь – из лука бей, хочешь – из гранатомета жахни.

– Какой‑то ты сегодня хмурый, – рассмеялся Денис.

– А зато ко мне завтра бабушка приезжает, из Отрадного.

– Чего это ей вдруг понадобилось к вам приезжать? – сухо бросил Маленький Мальчик без особого интереса. – И куда же денется твоя прежняя бабка? Две родных бабушки на одного внука – это, знаешь ли, уже многовато. Это просто оружие массового поражения, вот как!

Маленький Мальчик очень часто так шутил – без тени улыбки, как‑то совсем уж серьезно, хмуро и озадаченно. И в таких случаях всегда трудно было понять, шутит ли он сейчас или все говорит на полном серьезе.

– Никуда она не денется, – рассмеялся Денис. – Она просто поехала с сестрой повидаться, из Канады. А Вера Николаевна, старшая сестра, вместо нее на недельку приедет. За мной, приглядывать, значит.

Ему нравилось просто так шагать по мягкой траве. Беззаботно болтать просто так, ни о чем, и вдыхать полной грудью горьковатый, чуть пряный запах увядающей травы.

Денис уже давно и с немалым удивлением заметил, что в Закрытке ему всегда интересно мечтать о магии и волшебстве Архипелага и Лицея.

А вот здесь, в мире, подвластном волшебству, ему почему‑то наоборот приятно думать о доме. О бабушке, о родителях, о верном Тигре. И, конечно, о Кристине.

Легкое облачко грусти тут же набежало на его мысли, как на синее летнее небо. Но тут же растаяло и исчезло, оставив лишь в памяти легкий и светлый след.

– А она у тебя по материнской или по отцовской линии, эта бабка? – деловито спросил Маленький Мальчик.