Штрих в четвертом такте.

А на самом деле старое здание решили разрушить и на его месте построить торгово - развлекательный ц-е-е-е-нтр!

Подружка снова всхлипнула, вытерла слезы, вскочила из-за стола и, простерев руку прямо к Большой Медведице, надрывно простонала:

- Музыку людям не жаль. Продан старинный рояль! Замерли строгие звуки. Мы на пороге разлуки. Мир не спасет Красота…

- Сядь уже, бедолага, успокойся - вздохнула Василиса, почти насильно усаживая Алису на место, и подливая ей в чашку нечто душистое из темной бутылочки.

– Что толку душу себе рвать, если ничего уже не изменишь? Плетью обуха не перешибешь.

- А новый театр планируют возвести где-то на окраине, куда ни один автобус пока не ходит - проревевшись и выпив три чашки подряд, поведала нам Алиса. - Как радостно заметил наш поганый мэр: «Для настоящего ценителя искусства расстояния значения не имеют». Но все застопорилось именно из-за коллекции картин. Засунуть в темный музейный запасник произведения искусства, которые не одну сотню тысяч долларов стоят – это ж невозможно!

- И дирекция театра приказала его работникам временно разобрать картины по домам - завершила рассказ Василиса.

– А так как в Алисину комнатушку картина бы не влезла, пришлось приютить ее у себя. Бред, конечно, полный, но с нашим руководством не поспоришь.

- На свете нет ужаснее напасти, чем идиот, дорвавшийся до власти! – снова разразилась цитатой бывшая актриса.

Я только вздохнула.

Жаль, конечно, коллекцию картин. Чую, сгинет она без следа в чужих кладовках. Тем более, что старинным полотнам наверняка нужны специальные условия хранения, с определенным освещением и температурой воздуха. А где все это найти в той же Василисиной обители?

Но больше всего мне, конечно, жаль Алиску. Она ж не только работы вот-вот лишится, но и последней возможности находиться в любимом театре. Знаю я этих творческих личностей! Они ж, от любимой среды оторванные, мигом вянут и пропадают, как те помидоры, морозом прихваченные.

- Ну, а что за картину мы спасти успели? – поинтересовалась Василиса, прервав воцарившееся за столом тяжелое молчание. – Как она хоть называется, скажи. А то я держу у себя дома мировой шедевр и ничего о нем не знаю.

- И, кстати, поведай нам, кто же создал это загадочное полотно? – подхватила я, дабы хоть чем-то отвлечь загрустившую Алису.

Мой маневр удался.