Никаких собак

Нужно было очень хотеть ее увидеть... «Мишка бы заметил», – подумала вдруг она и улыбнулась. Тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли.

И еще, может быть, камера видеонаблюдения – той вообще все равно на что смотреть. Только у Карима ничего подобного никогда не водилось.

Лида одним легким движением перемахнула через забор. Мокрая крапива радостно приняла девушку в свои объятия. Пришлось прятать руки в рукава, прикрывать лицо. Кариму следовало бы обзавестись газонокосильщиком...

И газоном.

Подкравшись к дому, Лида обошла его в поисках открытого окна, потирая бедра там, где крапива умудрилась прокусить джинсы, и осторожно пробуя каждую раму.

Все было заперто... Кроме задней двери, которая была даже чуть приоткрыта.

Лида покачала головой и потянула дверь на себя. Та тихонько скрипнула.

Темнота внутри домика была густой, почти осязаемой. Пахло влажным деревом – и больше ничем, словно в доме давно никто не жил. Можно сказать, так оно и было – Карим дневал и ночевал в своей мастерской, так же как Гайдар постоянно корпел над своей музыкой.

Мастера... Лида никак не могла взять в толк, зачем угрохивать столько времени на то, что и так умеешь лучше многих.

Чтобы потом можно было сказать, что ты – работаешь? В отличие от?

Первые шаги дались тяжелее всего. Лида включила телефон, чтобы стало чуть светлее. Со всех сторон раздавались едва слышные поскрипывания; дом чуть-чуть шевелился, устраиваясь поудобнее на ночь, как кот на подстилке. Плохо закрытый водопроводный кран тихонько ронял каплю за каплей.

Она обошла лестницу, уходившую в открытый люк в потолке, и заглянула в комнату. На столе рядом с большой немытой тарелкой поблескивала вилка. Топчан был накрыт старым толстым пледом. Интересно бы знать, когда хозяин ночевал здесь последний раз...

Вход в мастерскую Карима находился в подполе. Люк был открыт. Лида присела над ним и замерла, прикрыв глаза, чтобы ничто не мешало слушать.

Над головой раздалось негромкое шуршание.

Лида встрепенулась. Кажется, кто-то был на чердаке... Должно быть, мыши.

Экран телефона погас, и только поэтому Лида заметила слабое холодное свечение, исходившее откуда-то снизу, из глубин подпола. Придерживаясь за стену, девушка сбежала вниз, морщась каждый раз, когда слышала, как поскрипывают подошвы кроссовок.

Подпол, весь заставленный стеллажами, походил на лабиринт. Даже с включенным светом передвигаться здесь было чревато синяками...