Живчик

Пришел в гости, сел на этой самой кухне, сказал, что ему порядком надоело писать круглый год письма. И достал кольцо.

В тот миг, в тот краткий миг между двумя ударами сердца, не было никого счастливее меня. Но сердце стукнуло… и губы обожгло вчерашним поцелуем.

Я умерла.

Я совсем умерла. Внутри остался только холод и жар.

Все, все, что было моим миром, в одночасье полетело в тартарары.

Я молчала. Смотрела на него дикими глазами и молчала.

«Итон?» — спросил Марек. И медленно накрыл кольцо рукой. «Не знаю», — прошептала я.

Следующий год превратился в сплошное безумие. Я была с ними обоими и действительно думала, что схожу с ума. Каждый раз, когда я приезжала к Мареку, я не мыслила себе другой жизни. Каждый раз, когда оказывалась наедине с Итоном, я хотела остановить время.

Но, конечно, долго так продолжаться не могло.

«Выбери», — сказали они.

Агата обхватила ладонями чашку, уставилась на остывший чай. По столу к нетронутому Живчиком печенью тихонько крался солнечный луч. «Тик-так», — напомнили часы.

Женщина вздрогнула, разжала пальцы.

— Я не смогла выбрать. Поэтому отпустила обоих.

Улыбка, мелькнувшая на лице, горчила, как полынный настой. Переведя взгляд на прижавшее уши слово, Агата удивленно наклонила голову.

— Эй, ты-то чего загрустил? Выше нос. — Она почесала пушистую макушку слова. — Вот… а дальше… Года три мы после этого не встречались и не разговаривали вообще, но затем одно письмо (мол, как дела, все ли в порядке), за ним второе, а потом оказалось, что мы все трое с завидной регулярностью пишем друг другу.

Стали встречаться иногда. Не специально, просто не избегали друг друга, если виделись. На этом и остановились. Я старалась. Старалась изо всех сил. Загоняла себя работой, обзавелась кучей хобби, не отказывалась от свиданий с другими мужчинами. Но… я не смогла изменить себя. — Женщина вздохнула, пожала плечами. — Марек не так давно женился. Девушка, с которой он встречался, забеременела, и, конечно, он не мог поступить иначе. У него дочка родилась, месяца четыре как. Назвал Агатой… Итон до сих пор не женат, похоже, у него сейчас нет никого. Казалось, можно бы уже сделать однозначный выбор. Но даже теперь я не могу. Так уж вышло. Я глупая, очень глупая женщина, Живчик.

Она отодвинула чашку, потянулась к стопке книг, лежащей на другом конце стола. Взяла верхнюю. Разговоры разговорами, а работать тоже надо. Тем более сейчас.

Следующие три недели Агата почти не выходила из дома, слушала радио и просиживала дни и ночи за книгами.