Перевёртыши. Часть 2.

— Ходят слухи, сама Глава Дома его направила, но кто знает, сколько правды в тех слухах? Так уж вышло, что как раз в это время, сын наш старший, с соседской девчонкой решили семьёй назваться, вот мы с её родителями и решили — возьмём у Управляющего ссуду, сразу им дом поставим, надел небольшой купим — пусть Али́ сразу себя хозяйкой почувствует, чего ей между двух матерей крутиться… Ох…

— И принесла же нас нелёгкая, ровно в тот день, когда новый Управляющий в деревню припёрся! Нет бы, подождать, приглядеться — что за гусь, чем дышит, как крякает! Так нет же — пришли, и сразу вывалили, мол, Управляющий, ссуду нам на год дай, молодых порадовать хотим! Дюк только руками развёл — мол, нет больше его власти в деревне, вот новый Управляющий, с ним и говорите.

А тот только сумму спросил и ушёл в кабинет Дюка. Бывший кабинет. Да. Переглянулись мы с соседкой, да спорить не стали, не стали ломиться к нему — чай, государственный человек, порядки все назубок знает. У Дюка уж готово всё было, мелочь только мы помогли в фургон уложить, да распрощаться с ними… Ох… Как фургон укатил, вышел этот Фик, Управляющий новый, дал кошель с деньгами, велел при свидетелях пересчитать.

— А что за свидетели у него были? — не выдержал, вмешался Мин.

— Так грузчики! Артель, человек семь. И два помощника с ним приехали, — подал голос крестьянин. — Жаль, жёны нас не дождались, впереди ветра за деньгами помчались. Вечером только поговорили, а утром уж они обе понеслись.

Эх! Теперь, хоть все волосы, по волосинке, выдери, время вспять не вернёшь!

— Так мы же как лучше хотели! — вытирает слёзы его жена.

— Да что теперь язык о зубы бить! Сделанного не воротишь!

— И как же он вас обманул? При свидетелях? — удивляется матушка Юла.

— При свидетелях мы деньги пересчитали, да бумагу подписали. А потом он нас погнал со двора, мол мешаем ему дом обустраивать. Мы говорим — а где же договор? Дай и нам по бумаге.

А он: «Договор подписан при свидетелях, а переписывать у него времени нету, он не писарь». Помыкались мы с соседкой, да с тем и ушли. Оно ведь — привыкли мы, у Дюка никогда слово с делом не расходились.

— Так вы что же, договор даже не прочитали? — опять не выдерживает Мин.

— Ну… вышло так… — опускает глаза дайна Оха, готовясь опять расплакаться.

— Мин, гляди, дайна Ема́ пришла. Пойди обслужи её, — усылает нетерпеливого сына матушка Юла.