Язверь

Сладко покалывающим. Есть хотелось с удвоенной силой.

- Ви-идишь? Скамом стала?

Щупальца причудливо извивались, и внутри каждого пульсировала розоватая жилка.

- Хо-очешь есть? Ле му-урга хочешь?

- Хочу. Приведите лемурга. Умру от голода, если не приведете.

- Жди-и. Ско-оро.

Сэлле отступила, и из ее горла вырвался пронзительный, ни с чем не сравнимый звук.

- Смо-от ри, - она указала костлявым пальцем направление.

Пещера погрузилась во мрак. Оконце наверху перекрыло крупное тело. Оно двигалось, кувыркалось, неслось на нее и мешком грохнулось на солому.

Гера испуганно отскочила.

- Ешь! - приказала стражница. - Ле му-ург.

Существо оказалось сэлле – но не молодой восхитительной особью, а дряхлой старухой с обмякшими крыльями. Старуха оставалась в сознании, жалобно вскрикивала. Казалось, она просила о чем-то:

- Су-улидо ре-е... Су-улидо ре-е... Ви-иту схо-ота...

- Что она хочет? – спросила Гера.

- Про-осит поща-ады.

Зачем сэлле отдали ей на съедение свою соплеменницу? Неужели она нарушила местный закон, и таково ее наказание?

Стражница отступила.

Ее переливчатое урчание действовало подобно гипнозу.

- Е-ешь! Да-авай! Быстро!

Гера принюхалась. Да, это лемург. И пахнет так, что урчит в животе. Приступы голода не подавляла даже ее излишняя худоба. Движение, и щупальца потянулись к жертве.

Но в это мгновение агонирующий сапиенс не позволил голоду взять верх над рассудком.

Она вспомнила умирающего Мулата, которого на руках донесла до машины, чтобы доставить к ветеринару, - она так страдала в тот день! Внезапные мысли, как поводок на ошейнике у собаки, сдержали порыв.

Она отпрянула в сторону.

Стражница поняла этот рывок по-своему.

- Глу-упый скам. Дерьмо, - последнее слово она произнесла без акцента.

- Я не животное. Мы не едим подобных себе.

- Дерьмо, - снова повторила она.

Гере захотелось вцепиться ей в горло, чтобы та прекратила ругаться.

Глаза стражницы, опасные в своем равнодушии, наполнились гноем злорадства. Сэлле снова применила гипноз.

Стены схлопнулись, заполнив пространство желеобразным туманом.

Стражница засияла ярким акцентом в пьянящем мороке подземелья. Она завладела сознанием Геры, стала повелительницей ее мотиваций.

- Ты-ы скам, - сэлле распрямила палец, - должна есть. Вку-усно.

К жертве возвращалась сила. Она устрашающе зашипела, попыталась вырваться, болезненно напрягая мышцы.

Гера прыгнула. Очнулась, когда щупальца с раздирающим хрустом проникли под кожу. Желание жертвы освободиться только разогревало ее.