"V" значит Валентин

Против «сама» я ничего не имел, потому задержался, устраивая рюкзак поудобнее, невинно улыбнулся:

— Так я пойду?

— Иди, — прошипела она.

Я кивнул, щелкнул замком и вышел. Ощущение было такое, как будто я поимел весь чёртов мир.

***

Домой я пришёл рано, мамы ещё не было. Из кухни доносилось сопение и возня, я заглянул и возмущенно выдохнул:

— Зверь, ты вообще краёв не видишь?!

Сидящий на плите енот замер, тихонько вытащил из кастрюли лапы и обернулся с невинной мордой. Морда была в супе, лапы тоже. На полу засветился шар, там появилась книга: «В мире слишком мало енотов, чтобы на них экономить! О.

— Супа в мире тоже мало, — заявил я, — у тебя целый ящик сельдерея, наслаждайся.

Книга в шаре сменилась на «Жертвы Освенцима, фото», я рассмеялся и сложил руки на груди:

— Значит так, зверь. Сейчас я тебя отмою от супа, а потом накормлю. — Зверь замотал головой, категорически не соглашаясь, я развёл руками: — У тебя нет выбора.

Еноша сверкнула зубами и в её вытянутой лапе появился пузырёк с опалесцирующей зелёной жидкостью, мне поплохело — взрывчатка была единственным, что у меня хорошо получалось, и сейчас этот зверь держал в метре над полом заряд, способный разнести всю кухню.

— Тихо, Маренька, спокуха, — я медленно поднял ладони, — помоешься сама, всё. — Она выщерила зубки и занесла пузырёк над полом, в шаре появилось: «Я всё решу сама! М.Сью», я фыркнул: — Нет, ты таки помоешь свои жирные лапы. А я не скажу маме, что ты совала их в суп. Идёт?

Еноша заворчала, встряхнула лапкой и пузырёк исчез, я прищурился:

— Зверюга, блин, ты кто такая? Телепортацией даже наш декан не владеет!

Она посмотрела на меня долгим усталым взглядом, в шаре появилось: «Сарказм — антидот от идиотов.

***

В день Ламантина спортзал был полупустой, так что я больше сам занимался, чем других учил, в результате устал, как собака.

Бредя по лужам и лениво рассматривая прохожих, вдруг зацепился взглядом за знакомый капюшон и улыбнулся — Даша, прёт огромную сумку из супермаркета, одна и на шпильках.

— Тягач вызывали?

Она дёрнулась, потом узнала меня и неуютно улыбнулась:

— Соболев, откуда ты взялся?

— Если долго кого-то мысленно звать, он придёт, — с серьёзной мордой кивнул я, забирая у неё сумку. Она чуть-чуть повыделывалась и отдала. Случайно заглянув в пакет, я увидел пачку стейков и поднял брови:

— Вы же не едите мясо?

— Это мой бывший его не ест.