Тайна шести подков

В руках у всех «горбунов» появилось оружие – странной формы продолговатые пистолеты.

Один из людей-в-клетках, человек с пышными бакенбардами, воскликнул, обращаясь к джентльмену с тростью:

– Именем закона, сдавайся, Эззрин! Все кончено!

По залу ожидания пробежали преисполненные благоговейного ужаса шепотки: «Он сказал “Эззрин”?», «Это же Эдвард Эззрин!», «Замыкатель! Это Замыкатель!»

Летти потрясенно распахнула рот. Джентльмен в иссиня-черном пальто, в очках и с тростью был тем самым Последним Габенским Злодеем, о котором писали в газетах! Личный враг полиции и лучший друг ужасного злодея Горемычника! За его поимку была назначена награда в десять тысяч фунтов!

Замыкатель меж тем продолжал пятиться.

Люди-в-клетках, которые на деле оказались полицейскими, подняв оружие, осторожно двинулись к нему.

– Ну разумеется! Сержант Лоусон, личная собачонка комиссара! Кого бы он еще мог отправить! – крикнул он. – Не подпускай ко мне своих грязных свиней, Лоусон, если не хочешь потом собирать их в виде пепла в обувные коробки!

– Твое время ушло, Эззрин! – ответил сержант Лоусон.

– Мы отловили или отправили на кладбище всех твоих дружков! Даже Горемычник тебя бросил. Никого не осталось! Сдавайся по-хорошему, и тебя ждет уютненькая палата в «Эрринхауз», не вынуждай меня поступать с тобой грубо!

Замыкатель почувствовал движение за спиной. Чуть повернув голову, он увидел, что путь на платформу «Корябб» ему преградили еще трое людей-в-клетках, среди которых – Летти даже не поверила своим глазам! – стоял Бом-Бомунд.

Вокзальный констебль был одет так же, как и прочие «горбуны».

Непричастные люди на станции застыли на своих местах, кто где стоял или сидел. Словно загипнотизированные, они наблюдали не моргая за происходящим. Кто-то негромко проговорил:

– Сейчас… сейчас будет злодейский монолог! Не могу поверить, что услышу настоящий злодейский монолог своими ушами…

Но не тут-то было. Последнего Габенского Злодея захлестнуло отчаяние. Поняв, что ловушка захлопнулась, Замыкатель резко развернулся и ткнул тростью в сторону полицейских на платформе.

И тут произошло то, чего все ждали с потаенным страхом еще с того самого момента, как услышали имя джентльмена в иссиня-черном пальто, – вот только это был отнюдь не монолог.

Раздался оглушающий, режущий уши треск. Сверкнула сорвавшаяся с набалдашника трости молния.

Вспышка света прошла волной, лизнув плиты зала ожидания и перрона, и молния врезалась в одного из полицейских.