Два сердца, один хвост

Ёлка выпрямилась, стараясь напустить на себя важный, взрослый вид. Ей не хотелось ударить в грязь лицом перед такой Хозяйкой. На языке вертелось приветствие: «Здравствуйте… Нет, добрый день… Рада вас видеть…», рука сама собой потянулась к камню. Женщина приблизилась, окинула взглядом столик… и равнодушно проследовала мимо. Неужели она не поняла? Наверное, нужно её позвать…

– Простите, что опоздала. Задержали на работе, но я сразу… Ёлка?!

Вывернув шею в сторону незнакомки, Ёлка проворонила момент, когда к ней подошёл настоящий покупатель.

– Мама?!..

Повисла тягучая пауза.

Мама нащупала стул и медленно опустилась на него.

– Это ты разместила объявление? – наконец, спросила она.

Её дочь смогла лишь кивнуть.

– Откуда у тебя камень?

– От дедушки, – выдавила из себя Ёлка.

– Он подарил тебе? – мама не сводила с неё глаз.

– Н-нет… – Ёлке хотелось вскочить и убежать. Но куда? И какой теперь смысл? Всё раскрылось. Всё выплыло на поверхность как раз в тот момент, когда она меньше всего этого ожидала.

Напряжение за столиком ощущалось даже в воздухе: официант подступил было с меню, но тут же отошёл на всякий случай. Мама это заметила. Она вдохнула, выдохнула, отставила в сторону сумочку и произнесла:

– Видимо, от разговора нам уже никуда не деться. Хочешь, я начну? Значит, так: просматриваю я по привычки сайты объявлений. Сверху – новые предложения. Глаз сам собой зацепился: какое-то невнятное пятно на белом фоне, и за него просят столько денег! Полезла смотреть из любопытства, и вдруг… тот самый малахит! Подумала, что кто-то из родственников распродаёт коллекцию.

– Как ты его узнала? – тихо спросила Ёлка.

– Ну как же… по памяти. Я же видела эти камни побольше твоего. В детстве они были мне игрушками, я запомнила всё: цвет, форму, изгибы… Не забывай, что тебе он был дедушкой, а мне приходился папой.

Мамин голос дрогнул. Мир вокруг Ёлки расплылся – наверное, от слёз.

– Я нашла камень в дедушкиной комнате.

Слова выходили с трудом. Они слишком долго пролежали внутри, искривились за время, сделались шершавыми и теперь застревали в горле. Но Ёлка кое-как сумела рассказать. Приоткрыть завесу того, как малахит оказался у неё и почему стал тайной.

– Ты думала, что папина коллекция не так уж для меня важна? – помолчав, переспросила мама.

Щёки Ёлки вспыхнули.

– Но ты так легко дала её… разграбить, – пробормотала она.