Срезы

Сам перрон, метров сто в длину и все семьдесят в ширину, обрывающийся по периметру стенами из непроглядной тьмы. Людей вокруг, помимо огромной дворничихи, Колян насчитал ровно десять человек. Все выглядели спокойными и явно чего-то ждали, кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то поглядывал на огромные часы, на фронтоне здания. Стрелки дергались в рваном ритме, так минуты с часами явно не считают. Все одеты по-зимнему. Разве что, мужчина на самой границы тьмы, выбивался из общего ряда, деловой костюм и легкое пальто никак не соответствовали погоде.

Колян прислушался к своим ощущениям, холодно, но терпимо, разве что, вяло падающий снег норовил таить на одежде, тем самым увлажняя ее. Прокрутив ситуацию в голове, пришел к выводу, стоя столбом- делу не поможешь, нужно действовать. И начать следует именно с того парня в костюме. Есть немалая вероятность, что он такой же гость, как и сам Колян. Парень почти преодолел половину пути, огибая местных по краю перрона, как раздался тяжелый металлический голос, искажений помехами громкоговорителя.

- Поезд семья, пять, ноль, на Уркор прибудет через десять секунд. Билеты красные, Махпр, сорхрт заново в три, портнортк - речь уже точно не была русской, но Колян уловил смысл, хотя отдельные слова казались полной белибердой.

Тьму слева потряс утробный рык, парень поспешил уйти в сторону, во избежание ненужных рисков. К его удивлению, никто из стоящих на перроне даже не шелохнулся, зато на выходе из вокзала образовалась толкучка. Людей словно прессом давило в дряхлую дверь, дворничиха угрожающе выставила метлу в сторону, словно хоккеист, готовящийся разыграть шайбу.

- Повторяю. Поезд семья, пять, ноль, на Уркор уже на станции. Билеты красные… - динамик затрещал, создавая помехи, Коляну показалось, будто у него в голове включили циркулярную пилу на полную мощь. Момент, когда поезд замер возле перрона, он не уловил.

Когда шум прекратился, несчастный скиталец заметил, мимо него, едва не врезавшись, пробежала полуголая девушка, в одном пеньюаре, с непонятной палкой в руках.

Она резво вскочила в открытую дверь вагона и тут же согнулась пополам, выставляя на общий обзор свою пятую точку. Отдышавшись, деваха зашла, свернув налево. Колян, оправившись от столь фривольного зрелища, отошел на пару шагов назад, чтобы осмотреть поезд.

Перед ним был гений инженерной мысли во плоти, установленной на рельсы. Николай ахнул, у него в загашнике знаний, не нашлось подходящих слов, чтобы описать это совершенство.