Цена небрежности

Зачем шевелиться, если вскоре вокруг раскинется бескрайнее маковое море? Искатели приключений несколько раз пытались повторить действия Рыжей и бороться с цветами. Никакого эффекта: маков меньше не становилось. Отчаяние. Оцепенение. Безразличие к собственной судьбе.

Воздух загудел. Где-то рядом с Неудачниками возник источник красного света. Но Рэму было всё равно. Он даже не поднял головы, чтобы посмотреть, что происходит рядом с ними.

– Лежите? Отдыхаете? – до воина донесся знакомый голос, наполненный злой насмешкой.

– И долго собираетесь валяться без дела?

В любое другое время Рэм постарался бы оказаться как можно дальше от владельца этого насмешливого голоса, но сейчас, после многочисленных и безрезультатных попыток выбраться из бесконечно повторяющегося цикла, сил у воина не осталось даже на удивление. Единственное, что сделал воин, так это слегка поднял голову и посмотрел на черную табличку с багровыми полосками, на которой горело число «триста пятьдесят четыре».

– Ваша работа? – прошептал Ланс едва слышно.

– Моя работа? – Джейл Брейк засмеялся, а за его спиной с негромким хлопком закрылся красно-черный круг портала. – Отличная шутка! Вы, вообще, понимаете где оказались?

– И где же? – Рэм чуть приподнялся и посмотрел на владельца невероятного уровня. Воин вдруг понял, что Джейл Брейк может стать их шансом на спасение. Но этот зыбкий шанс мог исчезнуть в любой момент.

– Это наведенный сон, созданный марой, духом-паразитом.

Мара заманивает живых в свои сны, а потом постепенно поглощает их силы. Сны длятся и длятся, жертвы умирают, а мара становится сильнее. Ни один незваный гость не может попасть в этот замкнутый мирок. Сны мары от мира отделены непреодолимой преградой. Чтобы оказаться внутри, нужен маяк или кто-то сведущий, способный открыть вход изнутри.

– Да? – Ланс уже принял сидячее положение. Пусть лицо жреца все еще выглядело усталым, зато на губах играла привычная добрая улыбка.

– Тогда почему Вы здесь?

– Три дня моя игрушка...

– Игрушка? – прошипела Мичи, приподнимаясь. И откуда в мошеннице взялись силы на раздражение?

– Три дня? – Ланс прищурился.

– Три дня, – черные глаза насмешливо глянули на Мичилайн, – моя игрушка валяется под каким-то дубом посреди поля и не двигается с места. Конечно же я захотел проверить, что с ней.

– Вы сможете нам помочь? – в глазах варварши горели злые зеленые огоньки.