Грайзбург. Сон разума

Но вот его ботинки измерили шагами расстояние уже до второй автобусной остановки, а связных мыслей в голове так и не прибавилось. Он решил послушать музыку, достал из кармана наушники и так увлекся их распутыванием, что не заметил, как вклинился в толпу. 

– Осторожнее! – ругнулся незнакомый мужчина, на которого Марк налетел на полном ходу.

– Извините.

– Смотри куда идешь. А то еще и на труп наступишь.

– Куда? – Марк растерянно огляделся.

Его взгляд тут же уперся в подошву светлых кед, весьма поношенного вида.

Очередная стройка была огорожена забором из металлических листов. В месте столпотворения одного листа не хватало. Сейчас на его месте полицейские натянули желтую ленту. Но ноги в тех самых кедах лежали совсем рядом с иллюзорной границей стройплощадки, подчеркивая ее кромкой рифленых подошв. Их обладатель был весьма долговязым – куска брезента, которым его наскоро прикрыли не хватало. Из-под него торчали не только кеды, чей вид вызывал в Марке смутное беспокойство. По другую сторону темного полотна торчали рыжие вихры. А среди них дрожал перьями крошечный ловец снов.

Марка словно током ударило. 

Этого не может быть. Этого не может быть.

– Что, шакал, любуешься трофеем? – процедил кто-то совсем рядом.

– Это не я! – выдохнул Марк на обороте.

Невысокая девушка с грубыми и неуловимо знакомыми чертами лица ухватила его за локоть железной хваткой.

– Ну, ты еще громче крикни, чтобы нас обоих полицаи загребли для выяснения обстоятельств.

Она бесцеремонно поволокла его прочь из толпы зевак.

По асфальту грозно застучала ее трость, в унисон с каблуками тяжелых армейских ботинок.

– Это… это… это не я! – снова выпалил Марк, когда они оказались на другой стороне улицы. – Этого вообще быть не может! Это же игра!

– Ага, игра. Игрушечка, – съязвила девушка.

Сплюнула в сторону, утерла губы тыльной стороной ладони, затянутой в перчатку-беспальцовку.

– Этого не может быть, – теперь уже прошептал Марк, вцепившись себе в волосы. – Это просто совпадение… случайность.

– Ага, офигенная случайность – это то, что дырка открылась у дяди Беркли под носом. Да еще и шакаленку под ноги. Слушай, – девушка вдруг прищурила на Соколова глаз. – А я же тебя знаю. Встречала на днях с Бродяжником. Да?

Марк посмотрел на нее внимательнее. Кажется, он тоже где-то уже видел и эти армейские ботинки, и эту короткую стрижку. И шрамы, что змеились по шее из-под края кожаной куртки, по щеке, до самого виска.