Армия мрака

Ты справишься!

В эту минуту дверь в спальню отворилась, Илья вздрогнул: на пороге стоял Ромуальд Генрихович. Он поманил мальчишку рукой.

– Всё, прощай, – сказал Илья Пашке, глубоко вдохнул и пошёл на выход.

Перебирая ногами ступени, он спускался следом за директором. Илья был одет в школьную форму, ведь из своего выходного наряда он давно уже вырос. Вид у Ромуальда Генриховича был выразительно зловещий: длинный тёмно-серый плащ, застёгнутый на одну пуговицу, узкие чёрные брюки и чёрная шляпа-цилиндр. Лампа, освещавшая края ступенек, мигала из последних сил.

У Ильи на лбу выступил холодный пот, и Русаков в который раз убедился, что он – трус.

На улице стало немного легче. Дышалось здесь привольно, а силуэт директора почти растворялся в полумраке, так, что при желании его можно было не замечать. Илья со своим спутником быстро продвигались к воротам. Охранник молча распахнул перед ними калитку.

За воротами было ещё темнее. Перед путниками простиралась пустошь, на краю которой стояли два четырёхэтажных дома, в каждом горело по нескольку окон.

Вдалеке мелькали огни, шумела трасса.

– Пойдём, – сказал Ромуальд Генрихович Илье и крепко сжал его запястье своей холодною рукою.

Они двинулись напрямик через пустошь.

Илья ощущал под ногами поросшую травой землю. Он ловил ноздрями восхитительный запах ночи и сырой почвы и, если б не присутствие директора, был бы счастлив.

Но вот пустошь осталась позади. Ромуальд Генрихович провёл Илью по двору между домами. Шум нарастал. Они свернули – и оказались возле оживлённого шоссе.

Раньше Илья видел эту дорогу из окна спальни, но тогда она казалась ему такой далёкой, словно брошенной на землю мигающей гирляндой. А теперь он немного опешил. Десятки огней пролетали мимо него на бешеной скорости.

Жёлтое такси припарковалось на обочине. Илья давно уже не ездил на машинах и совсем их не помнил… Ромуальд Генрихович затолкал мальчишку в салон, залез сам и что-то тихо сказал водителю. Машина тронулась с места.

Какое-то время они ехали по лесистой местности, а потом очутились в небольшом городе.

Илья глядел по сторонам на пролетающие мимо освещённые здания и удивлялся, словно видел такое впервые. Однако чем дольше ехала машина, тем более грандиозным делался вид из окон. Взору открывалась уже не одна, а множество сверкающих дорог, которые сходились, расходились, переплетались, впадали одна в другую, словно реки. Огни большого города манили и очаровывали, дороги походили на косы, увитые цветами.