Армия мрака

Человек в маске поднёс к лицу свечу и начал быстро что-то наговаривать на огонь. Илья ощутил ломоту во всех суставах. И тут издалека послышался топот, потом раздался звук, словно кто-то принялся колотить в дверь. Человек в маске испуганно дёрнул головой и стал читать заговор быстрее.

– Откройте! – потребовал грубый мужской голос снаружи. – Сейчас же откройте!

Маска не двинулась с места и лишь быстрее затараторила.

– Сюда идёт господин Мирзенков! – прозвучал тот же самый голос из-за двери. – Он здесь! Откройте господину Мирзенкову!

Колдун явно занервничал, он начал запинаться, испуганно тряс головой, а в дверь продолжали ломиться.

Ещё немного, и она слетит с петель.

– Откройте, не то пожалеете! – зарычали снаружи, и человек в маске сдался. Он быстрым движением руки сорвал с себя личину. Илья тут же узнал это жёлтое скуластое лицо. Ромуальд Генрихович нехотя подошёл к двери, на него было больно смотреть. Теперь он выглядел намного старше своих лет. Видимо, прочтение заклинаний выжало из него все соки.

Да и нервы директора явно подкачали. Он открыл дверь.

Тут же в комнату подобно вихрю ворвалась целая ватага. Илья хотел приподняться, но не мог – не пускали верёвки, и голова была свинцовой. Однако он разглядел Сашку Смирнова (видимо, это его бас звучал за дверью) и Пашку Зоренко, которые припёрли Ромуальда Генриховича к стене.

Когда дверь только распахнулась, к Русакову метнулась молния. Катя потушила и сгребла в сторону мешавшие ей свечи, забралась на стол и подползла к Илье.

Она стала разматывать верёвку, и на руку Ильи капали её горячие слёзы. Он повернул к девочке тяжёлую голову. Освобождением второй его руки занялся кто-то другой.

– Как хорошо, что с тобой всё в порядке, – с трудом проговорила девочка и согнулась от рыданий. Распущенные волосы Кати закрывали её лицо, а теперь лежали и на руке Ильи.

Русаков не знал, сколько времени длилось его освобождение, в мозгах всё перепуталось. Перед глазами мелькнула круглая физиономия Рада. Илье помогли приподняться, после чего он напряг последние силы и сам слез со стола.

Проходя мимо директора, Илья мельком взглянул ему в лицо. Ромуальд Генрихович, казалось, был поражён происходящим, и даже больше – морально раздавлен.

Ребята всей гурьбой вывалились из комнаты. Долго тянулся тёмный, показавшийся незнакомым коридор. С помощью друзей Илья спустился на первый этаж и выбрался на улицу через окно… Под ногами захрустело стекло.

На улице уже серело.