Упавшая звезда

— Кого ты пытаешься обмануть? Итальянцы рыжие, а твой папаша смуглый и курчавый — самый настоящий жид, — сказала вторая задира.

— Потому что он южанин, дурочка! — воскликнула Катрин, за что получила по лицу звонкую оплеуху.

— Не смей повышать на меня голос жидовка!

Девчонки готовы были набросятся на Катрин, но тут из своего укрытия с верхней лестницы к ним выскочила Норхен.

— По какому поводу шум? — радостно спросила она, наслаждаясь тем, что задиры были сбиты с толку.

— Вали отсюда. Не твоё дело.

— Как это не моё? — театрально изумилось Элеонора.

— Катрин — моя одноклассница, значит дело очень даже моё.

— Я сказала — не твоё дело, девчонка из подворотни, — заговорила старшая задира.

Слухи тогда по школе разлетелись быстро и даже самые младшие успели прознать про Норхен, но ей самой тогда не было никакого дела до слухов. Она была слишком увлечена играми с мальчишками. Даже тогдашние жалкие попытки Катрин задеть её она пропускала мимо ушей.

Глядя на этих напыщенных девиц, уверенных в своей расовой частоте, у Норхен зачесались кулаки.

Ей не терпелось дать самой старшей прямо по её арийской лошадиной роже. И как раз в этот момент она ощутила приятное тепло у себя, прошедшее по спине. Это же самое ощущение у неё возникало, когда она впервые захотела ударить Катрин. Теперь позади неё вновь возникла стеклянная стена. Девчачий силуэт позади имел уже более чёткое очертание. Норхен ощущала, что она с этим силуэтом заодно. А старшеклассница продолжала свой словесный помёт о грязной крови Катрин и Элеоноры.

— … Так что уходи и не мешайся! Неизвестно откуда ты взялась. Мне противно стоять рядом с тобой, — брезгливо закончила старшая задира. Её подруги согласно закивали.

Элеонора слегка наклонила голову. Силуэт за её спиной тихо хихикнул и зашептал ей на ухо: «Пусть… шлюха… заткнётся!..»

— Заткнись, шлюха! — резко выпалила Норхен, перебив старшеклассницу.

Та замолкла с возмущением на лице.

— Как ты смеешь, мерзкая бродяга…

— И эта шлюха говорит мне, что я бродяга, — удивилась Норхен и рассмеялась.

— Поговаривают, что ты бегаешь в мужской туалет после уроков и оказываешь парням услуги за деньги.

— Заткнись! Как любая немецкая женщина, я должна выполнить свой долг и подарить фюреру ребёнка! — ответила старшеклассница.

— За деньги?! Иди в бордель, грязная шлюха! Тебе не место в нашей школе, — с упоением, переходящим в безумие, воскликнула Норхен. — И ты ещё смеешь рассуждать о моей расовой чистоте.