Жестяная собака майора Хоппа

– Гиленгач не совсем гоблин, хотя они близки по природе. Он куда менее разумен, в том плане, что у него практически отсутствуют собственные устремления. По большому счету, он лишь отражает то, чего от него хотят видеть – впитывает желания и мечты и выплескивает их наружу…

– Но зачем?

Суонк задумался.

– Просто он так живет. В этом нет злого умысла, это форма мимикрии, одна из лучших, что мне известна. Гиленгач проникает в организм человека, после чего начинает развиваться и рождается, как самый обыкновенный ребенок.

Ну, почти обыкновенный – ребенок этот отличается удивительными способностями, развит не по годам. Слышала выражение – «дитя – не нарадуешься»? Вот это именно тот случай. Дело в том, что гиленгач питается радостью, как мары питаются страхом. Впрочем, я не стал бы называть это паразитизмом – со своей стороны он дает тысячу и один повод для этой радости. С таким ребенком можно не бояться, что умрешь в одиночестве, всеми брошенный и забытый, – гиленгач всегда будет рядом, что бы ни случилось.

Майор Хопп теребил седой ус.

– Одного не понимаю – сказал он. – Где Эльза могла его подцепить? Мне казалось, их уже почти не осталось. Со всей этой гигиеной, мытьем рук перед едой и прочими делами.

– Да как вообще можно подцепить такую…

Ариадна едва удержалась, чтобы не сказать «тварь». С другой стороны, это слово казалось совсем неуместным по отношению к златокудрой Марте Эрфурт. Было очень странно думать о ней не как о милой потерявшейся девочке, а как о гиленгаче, паразите, питающемся чужой радостью.

Да и вообще, еще непонятно, кто и на ком паразитировал в большей степени.

– Она должна была проглотить яйцо, – сказал профессор. – Или личинку, но это срабатывает только в южных странах, где принято употреблять в пищу всяких гусениц, особо не разбираясь, что именно за гусеницу ты съел.

– Личинку, – Ариадну передернуло. – И эта личинка похожа на…

– На личинку. Бледно-желтый червячок, правда, морда у него выглядит точь-в-точь как человеческое лицо.

– Текила, – сказала Ариадна. – На той вечеринке они пили текилу, и Эльзе выпал шанс проглотить червячка. Это ведь могла быть та личинка? Не думаю, что в том состоянии она присматривалась, человеческое лицо у нее или нет…

Профессор Суонк уважительно приподнял бровь.

– Молодец, – похвалил он. – Наградил бы тебя пирогом, да ты и так весь съела.