Встретимся в раю, дорогой

Ну, хорошо, Худодо вам, кажется, уже говорил, что жителям Лимбонго запрещено посещать зоны безопасности между различными городскими кругами? Повторяю, это запрещено. Даже Худодо, чтобы посетить Лабиринт, должен получить в Адвокатуре соответствующее разрешение. И соответствующее сопровождение, к слову. Все эти формальности сегодня Худодо не выполнил.

– Но как они вообще узнали? О вашем посещении Лабиринта? За вами следят? Знают обо всех ваших перемещениях?

– Пока, к счастью, нет. Но работа портун контролируется.

Кто, куда... Если чем-то заинтересуются, приходят и спрашивают лично?

– И это еще только Скорая стража, – вставил ремарку Тянский. – Слава богу, пока не Темная.

– Мне это ничего не говорит, – ответил Доманский. – Хорошо, каким образом это делается? Технически? Я имею в виду слежку.

– Сканируют. Или просвечивают. Как-то так.

– Я не видел в портуне никаких сканеров.

– Вот, вы их не видели, а они там есть.

– Ёсть! – попытался включиться в игру словами Сан Саныч. Неудачно.

– Нет, есть, – поправил его Худодо.

– Хм. Ладно, пусть есть. Как же этот сканер работает? Какой принцип используется?

– Основополагающий. Мммм, ну, ладно... Насколько нам известно, идентификация строится на том факте, что каждый человек, каждое живое тело – даже тело усии – имеет свой индивидуальный спектр, или уникальный рисунок биополя. У нас, в Лимбонго, давно умеют биополе считывать, анализировать, идентифицировать. Худодо не большой знаток этих вещей, всяких технических штучек, но в общих чертах так.

И вот такие считыватели вмонтированы в кабины портун. Говорят, это довольно простые датчики.

– Вот, значит, что. Хм. Не думал, что вы тут такие продвинутые, в плане электроники и биотехнологий. Портуны – тоже штуки замечательные. Такого на Земле до сих пор нет, а они очень бы нам жизнь облегчили, портуны эти.

– Портуны не мы придумали, портуны – дар Господа нашего. Они были здесь изначально устроены, с того момента, как идея Лимба начала воплощаться. Зато у нас нет никакого другого транспорта.

Животных, тоже. Про колесо не понимаем, не помним. Ничего, обходимся.

– Правда? Удивительно. А на первый взгляд ваша жизнь кажется поразительно архаичной. Оказывается, это только видимость. Местный колорит. А вот, скажите еще, можно ли как-то этой слежки избежать? Укрыться от нее? Обмануть?

– Этим мы, собственно, все время и занимаемся. Укрываемся и избегаем. По мере необходимости. В том числе, Худодо, он тоже иногда вынужден это делать.