Морок из моря

А Питер грезил, знаете ли, что вырастит розу для своей матери.

- Какой многообещающий юноша... Могу я с ним увидеться? - Фло с некоторым трудом отвернулась от доски и посмотрела садовнику прямо в глаза. - Хотелось бы поощрить мечтателя.

Мужчина отвел взгляд.

- Мы не видели молодого Айбо несколько недель. Видите ли... мальчишки из трущоб...

Фло наконец разозлилась. По-настоящему. Она за сегодняшний день уже столько раз слышала эту фразу, что возненавидела ее, самое жаелкое из всех оправданий.

- Вы сообщили об этом в полицию? - спросила она холодным тоном.

- Это... ну, понимаете, это не наша обязанность...

- Там, - Фло выразительно указала наверх, - учителя несут за детей такую же ответственность, как и родители. И если ребенок не появляется в школе, отправляются к нему узнать, что происходит.

- Ну... эм...

Оттолкнув мужчину, Фло, окончательно отбросив маску скучающей благотоврительницы, решительно отправилась в кабинет директора. Дорогу особенно долго вспоминать не пришлось, школа только на первый взгляд выглядела запутанным лабиринтом.

Чтобы добраться до кабинета достаточно было просто идти самыми широкими, парадными коридорами, никуда не сворачивая.

- Как вам показалась наша школа? - начал директор и осекся.

Фло бросила короткий взгляд на табличку. Директора звали Смитом.

- Чудесно, господин Смит. Просто чудесно.

Что-то, должно быть, было в ее тоне, заставившее толстяка отступить под защиту своего массивного стола.

- Я вернулась к вам исключительно чтобы обсудить детей.

Их исчезновения. Майки Бинкфут и Питер Айбо. Или есть еще кто-то?

Директор вытащил из кармана платок и обтер зарождающуюся у него на голове лысину.

* * *

Если в первые минуты Фань Бин еще полно был решимости отправиться немедленно в морг задавать вопросы, то первые же десять шагов по комнате убедили его в полнейшей беспомощности. Болело все тело, не только рана. Он и в самом деле плохо переносил боль, что первое время было у Рыцарей поводом для насмешек. Однако Фань Бин не раз доказывал товарищам свою ловкость, силу и ум, и в конце концов на это перестали обращать внимание.

Нытик и нытик, будто таких мало. У боязни боли была и положительная сторона: Фань Бин всегда был собран и аккуратен. Плохо лишь, что за годы в банде он расслабился, и теперь приходилось заново, как в раннею юности, самостоятельно жить на улицах.

- Выпейте лекарство, господин детектив, - Фанни сунула ему под нос противно пахнущий отвар в металлической кружке.