Ускользающий город. Инсталляция

Щёлкнув взглядом по вывеске одного из ресторанов, он придержал дверь для девицы, которая брела невпопад с глазами в телефоне, и зашёл следом. «Моравия» была из тех дешёвых дорогих ресторанов, куда мужики самых широких слоёв хоть раз водят своих жён - по особым случаям. Оттого же, что поесть здесь не просто доступно, но и фотогенично, «Моравию» любили слои поуже вроде околомодников с голыми из-за кредита на новейший смартфон щиколотками.

Сизый пуховик, отправившись в гардероб, явил молодцеватого мужчину в спортивном пиджаке да джинсах.

Мужчина тряхнул головой, надвинулся на регистрационную стойку и молча воззрился на хостес.

- Оу. Александр. Большая честь, – склонил голову белый воротничок. Пальцы выбили чечетку на рабочем планшете и, кивнув, он поднял глаза на гостя. – Вы с господином Полынским?

- Очевидно, - с тенью улыбки ответил Александр.

- Да… Я вызвал человечка, сейчас вас проводят.

- Спасибо.

«Человечком» оказалась невысокая девушка лет двадцати. Форма официантки не скрывала и не подчёркивала её естественных изгибов.

Поздоровавшись с важным видом, нежели с Александром, она повела его во вполне уже людный общий зал, к задней секции с частными закутками. Там, за столиком на двоих, и сидел Полынский. Сидел чуть развалившись, уплетал курочку в сливочном соусе и брызгал помидорами. Хлеб ломал широкими горстями, жалостливо косясь на крошки.

- Саша! – раскинул он руки, чуть не перевернув ополовиненную бутылку с вином.

Официантка отодвинула стул для гостя и удалилась.

- Сашенька! – весь сиял Полынский. – Ну, как работа? Продвигается?

- Не особо.

Теперь у Полынского сияли только губы.

- Как же так, Саш? Я не давлю, но последний роман из нашего загашника почти в печати. У тебя задумка хоть есть?

- Что-то вроде, - поморщился Александр.

Полынский не донёс кусочек до рта и вздохнул.

- Ты только скажи, Саша. Я же твой друг! Чем смогу… И это, заказывать будешь?

- Я по твоему звонку сорвался, Дим Саныч.

Дим Саныч сделал барскую отмашку кому-то за спиной Александра, подлил себе вина, глянул участливо.

- Пропустишь бокальчик? Я второй попрошу.

- Спасибо, но нет. Правда.

- Ну ладно, - отведав курочки, заулыбался Полынский. - Пока дойдёт твоё «Лезвие на воде» до печати, в нынешних-то условиях…

Александр наблюдал, как он расправляется с остатками обеда и основательно обтирает каждый палец отдельной салфеткой.

- У меня тут часики сломались, - заговорил Дим Саныч, - ну, я порылся в столе, и откопал эти.