Ускользающий город. Инсталляция

Наш герой позвонил дважды.

- Слушай, я ведь не удосужилась узнать, как тебя зовут, - чуть смущённо улыбнулась Марина. В темноте она краснела по-особому очаровательно.

- Никола, - не моргнув, ответил Фокусник.

- Оу…

- Что такое?

- Ну… интересное имя. Необычное.

- Нормальное. - Фокусник позвонил ещё раз. - Хочешь маленький секрет?

Марина утвердительно сжала ему локоть. Наш герой поймал себя на том, что чуть не одёрнул руку.

- Первая и последняя буквы мне никогда не нравились.

Дверь отворилась с вязким скрипом, заставив девушку вздрогнуть, а нашего героя - схватиться за челюсть.

Они переглянулись и со смешливой улыбкой последовали в дом.

Люстры не работали. Если бы не плотно запахнутые шторы, могло бы показаться, что холл плещется в мерцании бесцветных звёзд. Гости неловко разулись, и Фокусник повёл Марину дальше: по мозаике бархатных ковров, вдоль стола с бочкообразной вазой, откуда выглядывала безумная композиция из сухоцветов, мимо настоящего колодца, выложенного грубым потрескавшимся камнем, к двум помпезным лестницам, ведущим на второй этаж.

И только они ступили на первую ступеньку, как раздалось шуршание старенького («винтажного!», поправлял всегда хозяин, «этими руками перепаивал!») приёмника.

«Проходите в гостиную», - пробубнила одна из голосовых заготовок. Фокусник хлопнул себя по лбу – как можно забыть! - и двинулся к правой стенке. Дверь в гостиную ютилась в единственной нише, не занятой статуей одного из малоизвестных деятелей Средневековья.

В гостиной люстры работали. Было время, когда эти гигантские апартаменты являлись филиалом кабинета. Стены тогда до потолка покрывали стеллажи, заставленные чем угодно - от книг в мягкой обложке и коллекционных изданий старых фильмов до склянок с формальдегидом и бронзовых статуэток. В одном из стеллажей, кажется, в том, что подальше от входа да поближе к окнам, чернел нескромный телевизор с мигающей игровой приставкой. Напротив плазменного экрана располагался камин, а между телевизором и камином – изящный диван пастельных тонов.

О да, когда-то по углам здесь стояли двухметровые напольные часы, каждые настроенные на определённый пояс. Фокусник помнил, если коснуться западные в нужном месте, они повернутся к стене передом, а зрителю витриной. За потемневшим стеклом будет таиться восковая фигура джентльмена в чёрном плаще, фраке и с эффектно растопыренными пальцами.