Следы Сиятельного. Книга вторая. Белоцветье.

«Почему? Почему ты так торопишь меня в создании ядра магии?».

«Время ограничено, росток. Твой природный потенциал ничтожен по сравнению с теми, кто наделен сильной кровью. И ты уже бездарно потратил целых шесть лет своей жизни! Четыре часа ленивой медитации в день, против круглосуточного инстинктивного впитывания маны у тех, кто наделен сильной кровью. Надо стать по меньшей мере равным им, прежде чем говорить о большем».

За окном начался снегопад. Видимо, зима в этом году будет особенно холодной.

«Почему ты не зовешь меня по имени?».

«Имя? Самим собой тебя делают поступки. Имя нужно, когда ты часть общества, для самоидентификации. Ты знаешь себя через то, как к тебе относятся окружающие. Раб, дитя, неудачник, псих, странный, маленький. Ярлыки самоидентификации, которые принимаешь, продолжая общаться с этим окружением. Сейчас ты слишком слаб для осознания своей личности, обретения воли и для того, чтобы самому определять свое окружение. Безликий росток».

Шепоту наплевать на то, что мне всего шесть лет — вот что я понял после ответа.

Каждое его слово, каждый новый термин создавали кирпичики в моей картине мира, делая ее более яркой, словно добавляли новые оттенки в палитру красок.

Картина становилась полнее. Картина становилась ярче.

— Я личность. Не оскорбляй меня!

— Два отказа мужику в рясе, удары кнутом и висение на дыбе делают тебя личностью? Столь низкими стандартами ты сам себя решил оскорбить?

Без какой-либо причины внезапно я почувствовал сильнейшее чувство утраты, будто все мои близкие и родные, родители, братья, сестры и друзья погибли прямо у меня на глазах.

Сижу под холодным дождем, на скамейке, один на один с отвратительным миром, у могил тех, кто был для меня всем на свете!

— Боже! Что за пробирающее до костей чувство сейчас было?

— Урок. Окунись в то, что делает взрослого человека таковым. Утраты чести, веры, долга, предательство, крах надежды. Создай ядро или сдохни, никчемный росток!

— Иди ты к черту! Однажды я стану свободным и выгоню тебя из моей головы!

Стоило закрыть глаза, как я провалился в долгий восстановительный сон.

Шепот добился своего, вбивая идею постоянной медитации на инстинктивный уровень подсознания. Утром 13-го января я восстановился настолько, что смог сам пойти в столовую. Ел молча и спокойно, свыкаясь с мыслью, что у меня в голове поселился чей-то голос.

Прошло еще два дня. Зима за окном вынуждала господина Аренсо каждый день отправлять детей на уборку снега в поселке.