В тенях Вечного города

И неприязненно посмотрели друг на друга.

— С полицией будет слишком много проблем,—пояснил Уайт. — Местные карабинери наверняка зададут много вопросов, на которые мы не сможем ответить. К тому же мы иностранцы, это усложнит ситуацию.

— А что делать с… с ним?

Только теперь Александр посмотрел на лежавшее неподвижно тело незнакомца. Похоже было, что тело предпочло бы, чтоб на него и дальше не обращали внимания, но прикинуться мертвым у него не выходило. Человек на земле тяжело дышал, по его руке текла кровь.

Значит, выстрел профессору не послышался. Уайт подошел к лежащему, присел на корточки, всмотрелся в бледное лицо и убедился, что этот тип ему не знаком. Ада присела рядом, взяла безвольную руку раненого, пытаясь нащупать пульс.

— Надо ему помочь тогда что ли, — тихо сказала она. — Я не хотела его убивать.

— Вы метко стреляете, — похвалил ее Александр.

Мисс Гордон ничего не ответила, развязала галстук своей жертвы и расстегнула рубашку. Уайт внезапно схватил ее за руку, не позволяя продолжить.

— Мисс Гордон, не надо. Хоть вы и прошли курсы медсестер, не думаю, что вам стоит его раздевать.

Девушка покраснела и отдернула руки, а профессор обратился к поляку:

— Пан Пшебжинский, помогите мне.

Ян подхватил несостоявшегося убийцу за плечи, передвинул к стене так, чтобы свет фонаря падал на его лицо. Александр распахнул на нем рубашку, и глазам мужчин предстала татуировка на плече: крест в круге и глаз над ними. Ян тихо зашипел.

— Вижу, вы узнали этот символ, — тихо, чтобы не слышала Ада, сказал Уайт.

Пшебжинский кивнул, не отрывая взгляда от синих линий.

— А теперь, пан, я скажу, откуда вы его знаете, а вы просто кивнете или помотаете головой.

Ян снова кивнул.

— Вы знаете его, потому что сами состоите в Ордене. В Ордене тех, кто охотится на Детей Ночи.

Ян кивнул еще раз, словно китайский болванчик.

— А вы откуда про него знаете, профессор? Вы… вы же не один из них… из нас… — прошептал он.

— Делайте вид, что помогаете мне привести его в чувство, — велел Александр, брызгая водой в лицо орденца из фляжки, которая так и осталась у него в руках после того, как его самого поила англичанка.

Пшебжинский поддерживал того за плечи, явно пытаясь осмыслить происходящее.

— Нет, я не один из вас, —все так же тихо пояснил Уайт.— Но я историк. И много знаю о тех вещах, о которых не пишут в книгах и газетах.Вы сказали, что я вампир, потому что этот человек на меня напал. Вы его узнали.

— Нет, — горячо зашептал Ян.