Пекулярные советники

— Полное лунное затмение… — задумчиво протянул Володя. — Ай! — зачарованный зрелищем феи и её лошади, он не заметил, как второй серый жеребёнок, подкравшись сзади, схватил его губами за руку.

— Поздравляю, Вольф! — залихватски подмигнула Марина. — Только сначала сам Ивана покатай в утешение. Иван-царевич ведь должен ездить на сером волке?

— А серый Вольф тогда на ком? — шутливо нахмурился маг Воздуха. — На птице морской, что ли? Как же она называется…

— Алконост! — Лариса неприлично заржала, и Кёмюр с удовольствием подхватил порыв своей всадницы.

— Что, сцуко, характерно, яйца он откладывает не прямо в пучину морскую, а на самом берегу, и при этом часто изображается в виде девы! Так что даже если это кобыла, имя вам обоим подходит.

— Точно! — теперь ржали уже и Володя с новонаречённой лошадью. — Марина – значит «морская»!

— Между прочим, это жеребец, — заметила виновница смеха. — Хоть Алконостом называй, хоть Алконавтом! Пьёт небось как лошадь…

— Чур, мой будет – Гамаюн! — прервал её рассуждения радостный крик Анатолия.

— Хочу летать на птице! Гамаюн – это ведь тоже птица вещая?

* * *

— Москва?! — Марина была до крайности удивлена. — Я-то думала, что этот горе-писатель сидит сами знаете где.

— На самом деле ничего удивительного, — усмехнулся Иван. — «Инаконемыслящие» есть в любом современном обществе, и ни один народ, по большому счёту, не застрахован от того, чтобы стать «сами знаете кем».

— Москва или не Москва, но человек влез со своей дурью в чужой мир! — вскинулась Лариса.

— И я понимаю, почему именно в этот мир, – он, как вы заметили, тоже положил в основу сохранение родноверия, как и Линкин отчим. Но Юрий хотя бы изучил вопрос, а Егор этот… Ладно, так что с ним делать будем?

— Очевидно, говорить. Кто из нас? Только не Алина, она сильно старше.

— Ну понятно, что я! И «свой парень», и знаю, что называется, «матчасть».

— Тебя он тоже посчитает «старой пердуньей», то есть бенефициаром сложившегося миропорядка, — хмыкнула Марина.

— Ты слишком опытная, понимаешь? Даже опыт руководства – и тот есть. А нужен именно студент, который, как и Егор, ещё ни за что не отвечал и имеет, казалось бы, все основания быть «за всё хорошее против всего плохого» и кричать: «Дай порулить!»

— Да, и причём «студент», а не «студентка», — заметил Володя. — Женщины тоже подсознательно воспринимаются как апологетки консерватизма, каковыми, кстати, они в силу объективных причин и являются.