Пекулярные советники

В степи ранних трав

17–24 сентября 2011

Я мир такой отвергаю, он в горле стал поперёк,Он злу и добру достойного места не приберёг.В нем благородство тщетно: потворствует подлым рок,Щедрости нет у богатых – у щедрых пуст кошелёк.И ничего в нем, кроме насилия злого, нет.

Молла Панах Вагиф[1]

Николай Иванович неодобрительно покачал головой:

— Нет, Лара, рекомендовать Ксению к нам в клуб я тебе не советую. Понимаю, конечно, что вы люди, можно сказать, богатые, но всё равно – пусть она продолжает ездить у Батырова.

— Так и сделаю, — согласилась Лариса. — Вообще-то я хотела, чтобы Кси привыкла не теряться в окружении «сильных мира сего», но…

— Но не в пятнадцать лет, — подхватил Николай Иванович. — Раз уж девочка из простых, то пусть сначала хоть немного состоится как фея. Она ведь тоже фея, я не ошибаюсь? — берейтор заговорщически подмигнул девушке.

— Не ошибаетесь, — улыбнулась та. — Уже полная фея, и сейчас учится в академии в одном магическом мире.

— Да я уж догадался, что вы можете появляться в других мирах, — усмехнулся берейтор. — А в этих мирах что, нет лошадей?

— Есть, но не во всех. Кстати, Николай Иванович! Мы хотели бы завести в одном безлюдном мире небольшой табунок для себя. То есть мир не совсем безлюдный, но та долина, которую мы присмотрели, доступна только магам.

— Стоп, Лара! А профессиональный коневод-то её смотрел, долину вашу? Ты, конечно, географ, так что совсем уж неподходящее место не выберешь, но бывают просто хорошие места, а бывают – отличные. Понимаешь, о чём я?

— Понимаю, — кивнула девушка. — А вы думаете, зачем я этот разговор завела? Может быть, вы посмотрите?

— Посмотрю, но не прямо сейчас, — берейтор не стал спрашивать, каким образом он сам попадёт в другой мир, сообразив, что Лариса может и это. — Подожди, не говори ничего, — они как раз поравнялись с золотисто-рыжим ахалтекинцем, на котором восседал мальчик лет семи-восьми, и Николай Иванович не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться прекрасным конём.

«Точно! Вот они – скакуны для нас!» — со всей ясностью осознала Лариса. — «Предчувствие Воды!»

— Николай Иванович, а вороные… — начала было она, но в этот момент мальчик неожиданно дёрнулся, его ноги судорожно сжались, и ахалтекинец рванулся галопом.