Магическая Москва 3

Это ведь могло быть ложью, так? Тогда какие цели преследовал Коваль, чего он хотел от Павла и остальных на самом деле? Он ведь немолод… Тоже хотел что-то из наследства? Чем его мог прельстить Зодчий?

– Думаешь о том, что из меня вышел бы неплохой предатель, верно? – полюбопытствовал Коваль, вглядываясь в руны на полу. – И какой, по-твоему, у меня мотив?

Павел поразился тому, как спокойно это было сказано.

– Это п-признание?

– А ты как думаешь? – Коваль чуть склонил голову, продолжая следить за рунами, некоторые из которых слабо светились.

– Я не… Это ментальное поле?

– Да.

Павел помнил, что в норме свечение на этом этапе проверки быть не должно…

Или ответ Проявителя можно подделать?

– Ладно, достаточно, – Коваль начал сворачивать активность рисунка. – Честно говоря, Паша, я не знаю, что делать дальше.

Маг впился глазами в бывшего наставника.

– Это б-было п-признание? – глуховато повторил Павел, пытаясь сообразить, что собирается делать в случае положительного ответа.

Вот так легко поймал, так легко вычислил! Стоило только задуматься – и все сошлось!

Вместо ответа Коваль, погасив Проявитель, сел на край лавки.

Павлу казалось, что сейчас перед ним не один из состава Малой Думы, не учитель и даже не могущественный маг, а просто усталый задумчивый человек. Маг пытался понять, о чем думал бывший наставник. Строил планы о том, как отвертеться? Как выставить его, Павла, с его подозрениями безумцем? Как…

– Колосов согласился на мой визит к тебе в качестве эксперта, – негромко проговорил Коваль, – потому что местные целители ничего не нашли, а он сам, между нами, не самый лучший диагност.

– В любом случае лучше всего говорить п-правду, – Павел шагнул ближе, рассматривая сидящего старика.

Коваль тяжело вздохнул.

– Боюсь, в нынешних обстоятельствах это может сломать даже не одну, а несколько жизней.

– П-поступать п-по закону – д-долг каждого мага.

– Иногда, Паша, закон готов придавить бетонной плитой невиновного, в сущности, человека, – Коваль чуть склонил голову, словно погруженный в раздумья.

– Как б-бы то ни б-было, – Павел сделал еще шаг, чувствуя холодную, жесткую злость из-за упрямства старика, – вы д-должны немедленно рассказать все, что знаете. А с остальным разберется следствие.

Коваль поднял бровь.

– А если я откажусь? Если отмахнусь от твоих слов, выйду за дверь и продолжу делать то, что делаю?

Да он смеется!

Павел едва не зарычал.