Сказки Перехода

Тошно видеть и Дария, и парней. И вагончик этот вонючий… последний оплот твоей свободной жизни, Лис, подумать только!

Пытаюсь взять себя в руки, получается так себе.

Не в Дарии совсем дело. Я и злился–то на него только первые несколько минут… Он ведь, если разобраться, сделал для меня все, что только мог. Разве мы вправе требовать, чтобы кто-то и дальше рисковал ради нас?

А дело все в том, что – хочешь-не хочешь, а , видимо, придется перебираться в Заречье насовсем. А оно – та же удавка Тени. Просто душить ею тебя будут – помедленнее.

Как и всех, кто нашел убежище в зареченских «пятнашках». А потом одномоментно – хлоп! – и нет вас всех, словно и не бывало.

Мы ведь никогда не были особо дружны между собой. Не-нация, не-сообщество, не-каста. Не-люди. Мутанты-одиночки, сорняки в тучных низинных полях. Дети ущербной луны. Каждый, как в капсуле, – заперт в своей оборотнической сути. И приспосабливается как может. Расталкивая собратьев, которые запросто выхватят из твоей пасти с трудом добытый кусок.

А потом еще и по-свойски отпинают за раззявистость.

До этого, последнего, Безвременья не-люди никогда не селились кучно. Один на несколько околотков. Родных покидали рано. Кто-то сам уходил. А кого-то родственники вышвыривали за порог: баста, хорош родню позорить, какому-никакому ремеслу обучен – с голодухи не помрешь. Люби нас, братец, ходи мимо.

Были и такие, кого изгоняли из рода так рано, что они едва помнили мать и отца...

И свои семьи не-люди не спешили заводить. Женитьба – это дети.

И в большинстве случаев – тоже не-люди. А кто пожелает своему детенышу такой же участи: всю жизнь – на коротком поводке. У города, который тебя изо всех сил отторгает – и полосует кнутом, как шелудивого пса, стоит лишь попасться на глаза хозяину.

И никуда от него не сбежать…

Зато мастера из наших получались – отменные. Ремесленники, золотошвеи, ювелиры… У нас в Низинах даже присказка ходила: не-людя приютить – под золотой дождик угодить. Уж на что я шалопай шалопаем был в своем ремесленном училище, но и ко мне ведь в мастерскую очереди заказчиков стояли.

И Дарий не напрасно на меня свой хлеб переводил…

Эх, Дарий… сколько я его знаю, ему всегда было плевать на то, из-за чего наших сторонились все остальные. На то, что время от времени мы - уходим. Чаще всего на ущербе луны. Уходим - в то, чего здесь нет и быть не может. Каждый в свое. Я вот - в лес. Еловый, мрачный, пахнущий сырой землёй, хвоей - и тёплой кровью… Уходим - полностью, в обороте.