Сказки Перехода

Ощущение опасности пульсирует где-то на периферии твоего сознания. На самом деле все это уже неважно…

…Резь в глазах – и вонь дешевого спирта. Впрыгиваю в самого себя – чтобы в последний момент ударить по тормозам, вырулить, едва не зацепив громадную ель – наш автобус несло прямиком в неё. Старик сердито завинчивает бутылку с крепкой нагорской настойкой – это ею он плеснул мне в лицо.

… – Оборотень чертов! Еще немного, и быть бы нам покойниками! Нашел время уходить!

Покаянно молчу. Что тут скажешь. Я слишком давно не был внутри своеголеса – чему удивляться, что меня повело, едва я оказался в лесу внешнем.

Когда – в силу разных причин – перестаешь слышать зов Лесаи надолго зависаешь в одной своей ипостаси, забрасывая вторую, – организм тебе мстит. Отказавшим самоконтролем, например – вот как сейчас. Или медленным угасанием, умиранием – если вдруг решишь остаться в своем Внутреннем лесу насовсем и забыть дорогу в мир людей.

Нам поэтому и не уйтинасовсем – в какую-то одну часть своей раздвоенной жизни.

Так и балансируем, как умеем.

– На, глотни, – Старый сует мне в руку все ту же бутыль с настойкой. – У тебя до сих пор взгляд плывет. Давно не уходил, что ли? – не дождавшись ответа, машет рукой. – А, все с тобой ясно!

И говорит сварливо и сочувственно:

– Ну и как ты в этих своих Заречных «пятнашках» будешь? Вас же там как селедок в бочке. А от этого – сам знаешь, балансу не прибавляется. Вот перекроет тебя на твоё место, не сможешь ты совсем туда проникать – и свихнешься. Все вы там свихнетесь.

Опять молчу. Он прав. До нынешнего Безвременья не-люди никогда не селились группами – еще и потому, что от этого искажалось и даже совсем исчезало умение находить путь в свое пространство, слышать егозов.Исчезало – со всеми вытекающими последствиями.

Как с этим справляются теперешние обитатели Заречья, я до сих пор как-то не задумывался… Ну так я там и не жил ни дня. Товар сброшу – и исчезну до следующего поезда. А вот про скандалы до поножовщины и нередкие самоубийства – слышал.

Только не предполагал, что это с невозможностьюуходаи запертостью снаружи может быть связано.

Может, потому жителей «пятнашек» власти и не трогают до поры до времени – ждут, пока те самостоятельно и без посторонней помощи устранят себя как проблему низинного общества…

– Ты, парень, в ловушке теперь, куда ни плюнь, – бродяга выудил из закромов бушлата окурок, чиркнул спичкой, затянулся вонючим дымом. – В городе тебя в два счета полиция или контроль повяжет.