Сказки Перехода

И тогда река-провал порождает последних своих детищ – Драконов-хранителей. Взбираются они на крутые берега, расправляют щитами крылья , впиваются крепко-накрепко когтями в сырую землю – а главами возносятся к солнцу. Они сильнее огненно-ледяной твари – и не дают ей выходить из реки. Лишь изредка, все больше по весне да по осени, ослабевают Драконы – и тогда Тварь пытается сбежать, разливаясь мертвой водой в поймах и утаскивая несколько жизней. Но ее неизбежно отлавливают и водворяют на дно реки Водоросли.

Так было испокон веков – и так будет. Пока не затопит Низины тьма, прорвавшаяся из иномирья, – и не заставит Драконов, потерявших силу, сойти со своих мест...

Тварь можно видеть иногда – в дождливые дни да лунными октябрьскими ночами подымается она на поверхность, цепляется за опоры мостов вязким чешуйчатым телом, раскидывает невидимые ловушки, не хуже паучьих тенет: тронешь какую-нибудь из них – вмиг сил лишишься . И счастье, если ты не один и есть кому отвести тебя от берега и от смертельной опасности… И если у него самого хватит сил не попасться.

А Драконов-Хранителей жители Низин увековечили в камне. Драконьи храмы – не совсем храмы…»

«… Я знала о них и раньше. С самого моего появления здесь. Да и как могла не знать? «Драконьи» развалины в приречных кустарниках издревле были надежным убежищем приютских олухов. Удерешь с ненавистных послушаний, ввинтишься в ольховую поросль, нырнешь в подвальную темноту прохода внутри крепостной стены, гребенчатым хвостом окольцевавшей храм.

Только тебя и видели. И сиди там до ночи – а сестры-Пряхи пускай хоть изорутся, ища тебя. Сбегали мы и компаниями по трое-четверо – и тогда разжигали на осколках красного кирпича костер, жарили стыренный в трапезной хлеб и – что уж там – курили. А самые безбашенные из нас подбирались к мрачной громадине драконьего храма и дергали за тяжелое дверное кольцо. Дверь неизменно оставалась запертой. Дракон не спешил распахивать объятия для всякой приютской мелюзги.

«Дурачье! – урезонивали потом нас ребята постарше. – Вы хоть знаете, что будет, если кого-то из вас храм – впустит? Вы же сгинете тогда. Будете всю жизнь служить Драконам. Жить – как на привязи. И ни с кем из своих видеться больше не сможете. Призраками при жизни, что ли, мечтаете стать?»

И пересыпали дальнейший рассказ примерами – именами и кличками из отдаленных приютских поколений.

Это ненадолго убеждало.