Сказки Перехода

Семь голосов – по одному на каждый из уцелевших Драконьих храмов. Семь стекол, сходящихся в единый витраж. Семь горящих свечей – которым, конечно же, не под силу одолеть мрак ночи, но под силу – оживить дом. Или храм.

Нет, не так.

Нас шестеро – и один. Одна.

Шесть – верностей предназначению, вырвавшему этих людей из прежних их жизней, отсекшему от самых близких. Шесть любовей – беспредельных, нерассуждающих, к городу и к тем, кого он носит на своей спине, укрывает в «пятнашках» или душит Тенью.

И одна ненависть. К этому же городу. Едкая, как кислота.

И – убей, не могу понять, для чего Драконам – именно такая звуковая палитра…

Но пока – я вслушиваюсь в ночной город.

Думаю – под свист и перестук поездов, под отзвуки плывущих голосов с ближней к нам станции. Не о Низинах. О моем Синегорье – ключе от всех дверей.

И о тебе. Ты – тоже ключ ко всему. И тебя я никак не могу отыскать в своей памяти…»

2.

На рассвете удалось-таки задремать. Но почти сразу сон протаранило тягучим гулом извне.

Колокол. Самый большой в башне. Его вздох – сигнал к началу дня.

Ри с трудом разлепила веки, стала торопливо одеваться. Опаздывать было нельзя. Остальные шестеро уже ждали ее – там, внизу, под каменными сводами Белемнита – так прозвали этот храм смотрители. Узкий, конусообразный, он и вправду походил на вросшую в песок морскую раковину. И – отголоски снов это, что ли? – напоминал о другом храме – ракушке, огромной, сияющей, поющей в солнечных лучах…

Ри поплескала себе на лицо холодной водой из-под крана, набросила шаль – в октябре Белемнит еще не топили, и в промозглых коридорах было зябко.

Быстро и осторожно спустилась по растресканным кирпичным ступеням в притвор. Сняла со стены светильник – старый, нечищенный, на проржавелой цепочке – и, пытаясь выровнять дыхание, почти вбежала в круг смотрителей, замкнув собой кольцо.

И все – сдвинулось с места, повело, закружилось, наращивая обороты, звенящей спиралью устремляясь ввысь, сквозь закопченный купольный потолок.

Невпопад вспомнилось давнее, из почти забытого монастырского детства:

«Человек слаб… сознание его не в силах вместить истинное вИдение происходящего действа. Нам нужны костыли… Потому, дети, не удивляйтесь, что каждый из вас, проводя сквозь себя Сияние, будет видеть это по-своему. Для кого-то это будет золотым дождем, кто-то будет стоять в грозовой туче или в жерле вулкана… Не бойтесь.