Здесь, на знакомых тротуарах...

Ты отдаешь мне Жар-Птицу, а я делаю вид, будто не знаю, кто сдал меня Морскому Царю!

– Я тут ни при чем! Это все Кащей!

– Ври больше!

– Да нет, правда! Меня Лягушка попросила – а без указки шефа она, сам знаешь, и не квакнет! Не согласился бы я – нашли бы кого другого!

– Но ты согласился.

– Ну, типа, извини! Так вышло.

– Условия амнистии ты слышал.

– Жар-Птицу не отдам!

– Значит, и никакого прощения, котик!

– Ну и Навь с тобой, волчара!

– Что ж… Тогда защищайся!

И тут… Маша ошалело вытаращила глаза: на том месте, где только что стоял тип в меховой жилетке, разом возник огромный – пожалуй, с такси размером – оскалившийся волк! В следующий миг Чеширский наконец выпустил ее руку, но девушка даже обрадоваться этому толком не успела: Василий Рафаэлевич уже тоже исчез, обернувшись исполинским – почти не уступавшим габаритами серому противнику – черным котом!

Мастер-оборотень выгнул спину и свирепо зашипел.

– Давно надо было догадаться… – потерянно прошептала себе под нос Маша. – Но вообще, вот это я даю! В первый раз в жизни напилась – и сразу до белой горячки!..

С этой по-своему трезвой мыслью девушка и рухнула без чувств наземь.

Глава четырнадцатая

Иван

Ивану снился странный, но захватывающий сон. Юноша словно находился внутри гигантского черного кота. Нет, не сам был этим котом – тело зверя ему не подчинялось – а лишь смотрел на мир его глазами, слушал его ушами и ощущал его эмоции: смесь безграничной ярости и подспудного страха.

Ярости горячей схватки и страха возможного поражения – точнее, оного поражения последствий.

Да, кот сражался – с таким же здоровенным, как и он сам, дымчато-серым волком. И поначалу удача целиком и полностью была на его стороне: первым же хлестким ударом когтистой лапы коту удалость в кровь располосовать ненавистную волчью морду – еще бы чуть-чуть, и противник остался бы без глаза! Ответное же клацанье зубов прозвучало практически вхолостую: наградой врагу стал лишь клок черной шерсти в слюнявой пасти.

Пока дезориентированный волк брезгливо отплевывался, кот снова успешно атаковал – распорол неприятелю неосторожно выставленную вперед лапу, на которую, запоздало отпрянув, тот тут же болезненно припал… Но дальше везение отчаянному черному бойцу уже будто бы начало изменять.