Ведьмин внук

Едва не ощерившись, он ухмыляется, облизываясь и пробуя на вкус это новое чувство: горько-кислое, чуть острое.

Он сглатывает и щурится, глядя в глаза человеку.

— Мама? — Шепчут обветренные губы, и он дёргает ушами, прислушиваясь. — Ты пришла забрать меня?..

Он всё-таки щерится, показывая человеку острые белые клычки, недовольный таким предположением. Он не его мать, да и что ему будет от мёртвого? Никакого толку. Такое творят только глупые, мечтающие отомстить мертвецы, а не он.

— Лев? — слышится женский голос из-за спины и он с досадой морщится.

Она не договаривает. Он понимает, что она увидела, поэтому разворачивается ещё прежде, чем услышит удивлённо-возмущённое: «Кошка? Что здесь делает кошка?!».

Он прыскает с кровати, прежде чем женщина что-то предпримет и ныряет в темноту...

Артём вздрагивает, просыпаясь и не сразу понимая, где находится. Комната утопает в темноте мешая сориентироваться. Сердце гулко стучит в груди, отбивая о рёбра что-то бодрое и быстрое.

Сон ускользает из памяти тем сильнее, чем быстрее Артём успокаивается, истаивает утренним туманом и вот уже от него остаются лишь редкие обрывки: больничная палата, возмущенный голос матери, бледное, покрытое ссадинами лицо отца.

Растерев лицо ладонями, Артём тянется посмотреть время. Тускло светящиеся цифры на циферблате наручных часов показывают почти три утра.

С тихим стоном Артём прикрывает глаза. Он уснул всего пару часов назад.

Глава 5

— Спасибо, внучек, — звучит насмешливый голос на грани сна и реальности, будто кто-то шепчет в самое ухо.

Артём просыпается от ощущения этого шёпота на коже. Он снова не помнит, что ему снилось, если там вообще было хоть что-то, кроме холодной темноты.

Нашарив на полу мобильник и убедившись, что до начала занятий ещё полно времени, Артём отстукивает матери в чат: «Как отец?» и переворачивается на спину. Вставать не хочется. Противная липкая слабость будто растекается по венам вместо крови, заполняя каждый сантиметр тела и поселяясь неприятной пульсацией в висках.

— Встал и пошёл, — требует от себя Артём, соскребаясь с кровати усилием воли. — Позавтракать, собраться...

С отвращением покосившись на брошенный и забытый у стола рюкзак, Артём открывает дверь и спотыкается, вовремя опираясь на стену рядом и лишь поэтому не падая.

Серая молния размытым пятном проскальзывает мимо, едва коснувшись ноги.

— Какого?..

Артём проглатывает крепкое словцо, оборачиваясь в поисках кота, но в комнате пусто.