Стальная Хризантема 1. Вредители

Вот у нас как-то после обеда последний урок оставался. Я и говорю Минато-куну, ― он у нас самый здоровый был, как бычок племенной, ― давай того, кто первым в класс войдёт, всем классом будем бить после уроков. Ну, кроме Такэси-куна, конечно. Такеси-кун у нас был самый умный, ему ещё в сельхозакадемию поступать… А Минато-куну эта идея внезапно понравилась. “Давай”, говорит, и лыбится, что твоя гиена из учебника зоологии. Сразу видно ― по душе ему забава. И вот мы все, кто остался, стоим толпой перед классом ― а входить, понятное дело, никто не хочет.

Учитель нам: “Заходите”. А никто и не заходит. Зато все уже понемногу начинаем ржать.

Тут директор подваливает. Он был сам из Фукуоки родом, говорил так смешно. Как заорёт: “Вы чего не заходите? Чего учителя не слышите? Бунтовать вздумали? Устроили тут Советский Союз!”.

На этом месте даже я от смеха пополам сложился. Вам, городским, эту шутку понять непросто. У нас, деревенских, свои нравы. Мы крепко живём на земле, от неё питаемся и в неё умираем.

― А что с вами-то было?

― Ну вот сюда отправили. Мы пока ждём, а Такэси-кун уже всё прошёл и первым пароходом на Филиппины поехал. Он же у нас первый, всегда, везде и во всём.

Дверь кабинета отодвинулась и показалась голова дородной медсестры ― обритая налысо, как бывает у тех, кто пару недель назад счастливо перенёс тиф.

― Сакураи Кёси, на комиссию.

Юкио потащил своего подопечного сквозь призывников и буквально вытолкнул его в кабинет. Кимитакэ шёл за ним ― без определённого плана, просто мало ли.

В неожиданно просторной и светлой комнате за столами полукругом разместилась призывная комиссия из пяти докторов ― причём многие из них были усатые и в очках, что сразу напоминало о европейском влиянии.

― Всё со мной х-х-хорошо!― бормотал Сакураи,― Со мной всё отл-л-лично! Пр-р-росто всё замеч-ч-чательно!

― Что это с ним?― председатель комиссии сверкнул очками.

― Мы не знаем, что это с ним,― даже не моргнув невинными глазами отозвался Юкио,― Знаем только, что это у него с детства.

― В личном деле об этом ничего не сказано.

― Разумеется, ничего не сказано. Он даже сегодня до вас еле дошёл..

― Эт-т-то провокация,― вдруг затараторил Сакураи,― Эт-т-то об-б-бман.