Стальная Хризантема 1. Вредители

― Ты думаешь, эти вредители выберутся из блокнота и всё у меня в доме погрызут?

― Нет, этого не будет. Я просто отрабатывал скоропись.

― Но раз ты так отвечаешь ― это возможно?

Кимитакэ хмыкнул.

― Даже если бы я владел этой магией, я бы не стал её показывать ― ни тебе, ни кому-то другому,― сказал он,― В наше время это может только накликать беду.

― Ты не должен удивляться, что тебе приходится что-то скрывать,― заметила маленькая Ёко,― Мы все носим маски.

― С масками тоже всё непросто,― заметил Кимитакэ,― Если бы ты изучила этот вопрос получше…

― Я думаю, ты это можешь рассказать мне по дороге,― заявила девочка, разворачиваясь на каблуках.

И зашлёпала прочь, куда-то вверх по склону.

Кимитакэ поспешил следом. Он не очень понимал, зачем это делает. Может, он всё ещё надеялся отобрать блокнот и тетрадь, что пропали в её безразмерном портфеле.

― Куда мы идём?― спросил он, когда догнал девочку.

― К трамвайной остановке.

― Зачем?

― По домам поедем. Ты, похоже, не заметил, что твоё стояние под мостом уже потеряло всякий смысл.

А сейчас по дороге ты мне всё расскажешь.

Кимитакэ ничего не оставалось, как продолжать нести свет просвещения.

― Всё дело в том,― говорил он, почти задыхаясь,― что мы до сих пор наследники культуры древнего Китая. А Небо не всегда говорило с древними китайцами, медиумы ― это вообще тема южных племён, вроде Сычуаня. Небо вместо разговоров дарило им внеземные письмена, посылало знаки. Слово «письменность» в китайском языке произносится как «вэнь» и это не только литература.

Вэнь ― это узор звёздного неба, форма древесных листьев, зловещая игра пятен на боках хищного леопарда. Также есть человеческий вэнь, и это весь декорум культуры. Можно сказать, что есть небесные письмена ― это солнце, луна и звёзды, есть письмена земные – это пять гор и Четыре моря, и, наконец, есть человеческие письмена ― это и иероглифы, и ритуалы, но самое сложные ― это устройство городов и распорядок дворцового быта. Потому что города растут словно сами собой, а дворец должен управлять всей страной, не покидая своих границ. Поэтому в таких делах не обойтись без магии и без письменности. Так мы приходим к иероглифам.

― Это ты ловко заметил!

― Это не я заметил, а каллиграф Чжан Хуайгуань. Он жил во времена династии Тан.

― Да, может быть он это и заметил. Но ты ― заметил его. Это тоже что-то значит.

― На самом деле, самые базовые вещи,― пробормотал Кимитакэ и замолк, словно его накрыла смертная тень.

Они уже подошли к остановке.