Дракон под давлением

Потому что все, кто окружали начальника цеха, а это в основном подчиненные, от этого только страдали.

Люда тоже бросила мимолетный взгляд на начцэ. Вот едрить через колено, дал бог начальника… Тот сидел в своем слегка потрепанном кресле, оставшемся от прежнего хозяина кабинета, и строгим драконьим взглядом взирал на подчиненных.

Молчал.

И все молчали в ответ.

— Нам придется с ними работать. — Проронил начальник.

Если он хотел кого-то вдохновить или подбодрить, то выбрал не правильные слова. Сказанное прозвучало вовсе не как поддержка.

Это было похоже на приговор.

— И я прошу, — начцэ так надавил голосом на это «прошу», что было понятно, что это никакое не «прошу», а однозначное и прямолинейное «требую» с парой-тройкой восклицательных знаков, — прошу содействовать. Проведите работу со всеми своими подчиненными и объясните им необходимость тесного сотрудничества.

Люда пониже наклонила голову — её перекосило. «Ну ты, блин, даешь, начальник!» — единственное, что осталось в голове из цензурного. Она была уверена, что лица остальных выражают то же самое.

Тесное сотрудничество! Это вообще нормально?! И кто с ними должен сотрудничать, с этими навигаторами? Например, Иванов. Люду аж передернуло, когда она представила Иванова в тесном сотрудничестве с навигаторами. И она уткнулась лицом в ладони. Лучше так, чем кто-то заметит выражение её лица.

Он точно издевается, этот драконо-начальник! Он пробовал вообще объяснить что-нибудь Иванову? Ну или его младшему брату-близнецу Петренко? А старому кузнецу Степанычу? Это бывалые кадры, они опытны до невозможности и при этом глубоко безразличны к любого рода чинам.

Им что начальник цеха не указ, что генеральный директор как сосед по дому — они ему и в глаза скажут, что думают, и пропесочат, и прокостерят, и после всего ещё и пивка предложат выпить.

А ты, Людмила Петровна, объясни этим работникам, почему нужно помогать навигаторам изменений повышать эффективность производства, замотивируй старых и пропеченных рабочих, подними их сознательность, заставь поверить, что нарушение привычного уклада работы — это не просто хорошо, это прекрасно.

Им, кому на генерального плевать? Да они её, простого мастера, да слушать не станут. Просто до слез!

Навигаторы… Нафигаторы, едрить через колено!

От собственного бессилия Людмиле хотелось сказать какую-нибудь гадость. Или встать и уйти. Или сделать ещё что-нибудь не менее глупое и никчемушное. Но привычное нажатие тяжелого ботинка удержало и от действий, и от слов.