Артефактор. Книга 2. Око василиска

Разве что Петру, мы с ним крепко сдружились.

Он обещал и теперь я смотрел на себя сквозь столетия и злился.

Но первый шок прошел и я очнулся, встряхнув головой. Раз царь нарушил свое обещание, значит это было важно. Сентиментальностью правитель не страдал, это уж точно.

Я пригляделся к подписям под фигурами. Они истерлись со временем и разобрать, что там тонким шрифтом написано, было нелегко.

Мимо проходила милейшая старушка, держа в одной руке кружевной зонтик, защищающий от солнца, а в другой поводок, на конце которого семенила мелкая кучерявая собачка.

— Извините, сударыня, — обратился я к ней. — Не могли бы вы мне помочь?

И старушка, и её мохнатая компаньонка, обратили на меня внимательные взгляды. Собачка тявкнула, вроде как утвердительно, и дама улыбнулась:

— С удовольствием, юноша. Боюсь для прогулки в этом месте я уже не гожусь, но в любом ином приличном деле я рада буду помочь.

— Что вы, уверен, что от кавалеров у вас нет отбоя. Не посмею с ними соперничать. У меня лишь один вопрос — кто этот человек? — я повернулся и указал на себя.

Старушка искренне рассмеялась, совсем молодым смехом. Так заливаются совсем юные девчонки, услышав отличную шутку и не стесняясь бурно отреагировать.

— Вы серьезно? — отсмеявшись, она вытерла слезы рукой в перчатке и удивленно посмотрела на мое серьезное лицо.

Немного растерянно опустила взгляд на свою собаку и сказал той:

— Шуша, ну ты только представь. Нынче ничему совсем не учат в лицеях. Не знать, кто такой князь Дашков!

Я совершенно точно знал, кто я.

А вот кто такой князь Дашков — понятия не имел. Голова загудела, я копался в памяти Вознесенского, пытаясь найти хоть намек на его интерес к истории. Тщетно.

Только какие-то дурацкие шутки и детская песенка вплыла.

— Имею такой пробел, признаюсь, — виновато улыбнулся я даме. — Не подскажете, чем князь заслужил своё место здесь?

Всего девять фигур, и одна из них моя. Неспроста, как и чужое имя.

— Подскажу, — смилостивилась старушка, наклонилась и подхватила Шушу на руки, прижимая к себе.

— Его светлость был величайшим магом своего времени, универсалом. И он спас империю от великого зла! Пожертвовал собой, но остановил орду.

Я снова обернулся к памятнику. Так это просто знак, что я действительно уничтожил всех врагов? Но откуда царь мог знать, что я его увижу?

— И написал величайший труд по магии, — продолжила тем временем дама поучительным тоном. — Кстати говоря, вот как раз в императорской публичной библиотеке он и хранится.