Артефактор. Книга 2. Око василиска

Нашлось их немало, но больше в другом месте, видимо там как раз были свежие могилы.

Княжна сама послала мне сигнал, почувствовав легкий зов, который я бросил.

Мне всё же удалось разглядеть надпись над входом. На самом деле Давыдовы. Как и оценить, что когда-то это был шикарный склеп, если такое определение можно было считать подходящим...

Миниатюрный античный храм, обвитый цепким плющом. Часть ограды пропала, осталась лишь одна секция — изящная кузнечная работа. Дверь так лежала рядом, никто не позаботился вернуть её на место.

Я вошел внутрь улыбнулся статуе-ангелу.

— Доброго дня, Ангелина Павловна. Побеседуем?

Окутавшая меня прохлада и едва различимый смех стали знаком согласия. Я потянулся к призрачному миру, бросая связующую нить.

В этот раз прошло всё быстро — княжна сама хотела появиться. Она так же, как в первый раз, вышла из своей статуи и замерцала в лучах солнца, проникающих внутрь сквозь узкие окошки.

— Доброго дня, Александр Лукич, — улыбнулся призрак. — Я рада, что вы сдержали своё обещание и пришли меня навестить.

— Я тоже рад вас видеть. Признаюсь, ваша история меня очень заинтересовала.

— Ещё бы, — княжна гордо вскинула подбородок. — Давыдовы стоят как минимум интереса.

Не хотел я её расстраивать, но пришлось:

— Мне жаль вам говорить об этом, поверьте. Но о князе Давыдове никто не знает. Я не нашел ничего в родовых книгах или исторических летописях, ни про вашего отца, ни про вас...

— Вы шутите? — возмутилась девушка. — Это отвратительная шутка, граф!

Я ощутил, как она стремительно впитывает эфир, в воздух поднялась пыль и листья, залетевшие внутрь.

— Да подождите вы...

Куда там, дух разбушевался. Строение заскрипело и затряслось, а из ледяной пустоши духов в мир живых прорвался злобный вой.

Чёрт, так она разнесет свою усыпальницу, а сторож снова вызовет жандармов...

Действовать нужно было быстро. Я ухватился за эфир, зачерпнул сколько смог и зашвырнул прямиком в мир духов.

Это было даже не больно, просто сердце пронзило жутким холодом и оно словно покрылось инеем.

В таком состоянии думать было сложно, я стремительно коченел. Вложив максимум эмоций и мыслей, я бросил их духу и попытался вырваться из ледяного плена.

Но призрачный мир не любил отпускать своих жертв.

Браслет на руке раскалился и обжег кожу.