Золо

Ему было стыдно, и сердце сжималось от одной мысли, что страдает не только он, но и люди из простого, не способного защитить себя народа.

— Конечно, много всего: людей воруют прямо с улиц и затем продают на чёрном рынке в качестве рабов: во дворец, высшим чинам — тут уж как кому повезёт; обманом забирают имущество или заставляют подписать договор, после которого придётся выплачивать огромные деньги, а также…

Серкан остановил её жестом руки. Воля слушать что-то подобное у него стремительно исчерпалась.

После они не говорили друг с другом: ему нужно было обдумать услышанное.

Что мог сделать Серкан в свои четырнадцать? Пожаловаться отцу? Нет, это бы не принесло результата, ведь в одиночку выступить против тех, кто ворует и продаёт, не было смысла — девушек так и продолжат домогаться.

Ему и самому было омерзительно от того, сколь гнусными бывают мужчины и на какие деяния они способны… он бы никогда не смог тронуть деву без её разрешения. Где же хвалёные человечность и добросердечность?

Как бы Серкан ни ломал голову, решение всё не приходило.

Он казался себе ничтожно малым; тем, кто не способен изменить жизнь горожан и свою собственную. Никто не спасёт людей, кроме них самих. Мир жесток, а его обитатели погрязли в грехе и разврате.

Да и были ли люди?.. Разве что неотёсанное зверьё.

Лучше бы он в тот день не заводил этого разговора и не являлся в публичный дом. Тот как подарил ему свободу, так потом и отобрал…

Глава 7: По ту сторону стен

Ради свободы приходится идти на жертвы…

Тяжело дыша, принц обхватил себя руками: весь дрожа, он чувствовал, как сердце норовит выскочить из груди, а с щёк бегут дорожки солёных слёз.

Неужели Серкан окажется в том аду, где провёл несколько недель?.. Не хотелось, чтобы события повторились. То место оказалось настоящим адом, где его приковали цепями к стене, морили голодом и лишь изредка поили, чтобы не сдох до продажи.

Когда-то Серкан желал свободы, грезил о ней по ночам и даже нашёл деньги, чтобы сбежать, — только всё обернулось для него наихудшим образом.

Пошатываясь, он встал с кровати и случайно задел вазу; та разбилась, нарушая царившую вокруг тишину. Его Высочество считал, что всё забылось, кануло в прошлое… и вдруг перед самым отъездом всё вспомнилось и оказалось, что ощущение скованности никуда не исчезло.

В какой-то момент юноша, схватившись за край тумбочки, даже начал задыхаться. Нуждаясь в успокоении, он сделал несколько глубоких вдохов.