Хроники отеля "Уайтвуд". Париж, 44

Да, оно тоже там, совсем недалеко, но гораздо лучше оборудовано. Стрельбу, которую мы устроили, комитет Сражающейся Франции слышал у себя, когда принял решение эвакуировать руководство.

Дорогая мадам Дюнуа, когда бы вы знали, как я сожалел о том, что родился слишком поздно, что эпоха великих потрясений меня не дождалась. И как я благодарен вам за то, что «Уайтвуд» подарил мне 1789 год — и 1794ый. 1830, 1848, 1871… За ту августовскую ночь в 1572 м. За баррикады Парижа и за его пожары. Но в этот раз, когда над Парижем вновь зазвучит «Марсельеза», уже не я призову граждан к оружию.

Что касается моего состояния. Нет, я не стану объявлять вас своей наследницей, однако доход от моего капитала будет перечисляться на счёт клиники до тех пор, пока она числится в реестре предприятий Парижа.

На этом вынужден проститься с вами, дорогая мадам Дюнуа, мои гости на подходе, и они говорят по-немецки.

Всецело преданный вам Ф.»

— Положите на место кухонный нож, Анри, — устало сказала Тони.

— Я одинокая женщина, и кухонные ножи у меня тупые.

8. Дама с коляской

— Вы считаете его дурным человеком, но доверяете его слову?

— Я не доверяю слепо. Но я не представляю, как ещё я могу установить вашу личность.

— Меня ранили в Испании, — предложил Анри свой вариант. — Есть шрам.

— Об этом шраме знают люди, которые вас выносили, и врач, который вас зашивал. Значит, знает и Фантомас.

Подсознательно Тони не верила, что Фантомас работает на фон Хольтица1: это слишком противоречило всему, что она о нём знала.

Но самопожертвование — и патриотизм! — это тоже было нечто настолько новенькое, что сделать серьёзное лицо просто не получалось.

— Давайте сюда ваши ножи, мадам профессор. Точильный камень найдётся? Ну, — в голосе Анри послышалось нетерпение, — я же в профсоюзе металлистов с семнадцати лет, уж нож-то я наточить сумею.

Зейна, которую счастливо миновали муки сомнения, кинулась искать ему камень и собирать по всей кухне ножи, а Тони спохватилась, что совершенно забыла о Шарле.

Потому что именно в эту минуту Шарль, которого, оказывается, уже некоторое время не было в клинике, вновь переступил порог. На этот раз он явился не один: с ним вместе в «Уайтвуд» вторглась молодая женщина маленького роста, немного слишком пухленькая, да ещё с детской коляской. Сложная причёска с ленточками и локонами совершенно не отвечала простоватому лицу, так бессознательно подумала Тони.