Возрождение Орсона

Секунданты отмерили между мной и Ла Торре десяток шагов и объявили начало дуэли. Вечернее солнце растягивало наши тени в сторону востока, установилась напряженная тишина.

Ла Торре согнул колени, вытянул руку с кинжалом и медленным шагом пошел ко мне, похожий на тигра перед прыжком. Я машинально отметил, что руки у него длиннее моих, что в схватке на коротких клинках имеет существенное значение.

Дождавшись, когда он подойдет ближе, я перекинул Клинок Пустоты в левую руку и сделал глубокий выпад. Кинжал вошел в живот врага.

Одновременно с этим я перехватил его запястье и отвел от себя руку с оружием. В отдалении вскрикнула Дора.

– Какого?.. – выдохнул Ла Торре.

Я выдернул кинжал и набрал дистанцию, готовый ко всему, однако бой уже закончился. Ла Торре стоял, опустив голову и с ужасом смотрел на свой живот. Крови не было, раны тоже, вот только в следующее мгновение Ла Торре выгнулся, из из его живота вырвалась голубая молния и ударила в острие моего клинка. Я ощутил покалывание в пальцах и жгучее тепло, текущее по всему телу.

Ла Торре обессиленно упал на колени, кинжал выпал из его руки. Я с удивлением отметил, что мужчина содрогается, сдерживая рыдания, тогда как у меня в груди зародился ликующий смех, голова пошла кругом, в эйфорическом помутнении казалось, что если я раскину руки и упаду назад, то воздух подхватит меня и унесет в сказочные края.

– Поединок закончен, победил Орсино из фамилии Аккольти, – объявил секундант. – Синьоры, верните Клинки Пустоты.

Махнув рукой Доре, я устремился к автомобилю, который уже давно меня дожидался у края площади перед академией.

– Погоди! – воскликнула Дора.

– Некогда! – ответил я, уже садясь в машину, и сказал водителю: – Погнали.

Взревел мотор, я стремительно полетел на прием в клан Фиахны. Выставив ладонь в окно, я задумчиво перебирал пальцами тугие струи ветра, хромированный череп на кольце горел в оранжевых лучах солнца.

Глава 15

Флорентийская резиденция клана Фиахны впечатляла и выделялась среди местных вилл.

Особняк с высокими окнами и острыми крышами на башенках принес с собой в эти земли свежесть омываемых северным морем островов. Небо потемнело в сумерках, но казалось, что виной тому самобытное жилище, в комплекте с которым шли низкие серые тучи и меланхоличные туманы. Все это напоминало мне родные места, где вместо оливковых деревьев растут дубы и вязы. Росли.

Дворецкий в ливрее зеленого цвета проводил меня в гостиный зал.