Изгои Интермундуса

Впервые за столько лет рука Лео коснулась моего плеча. Я почти забыла, каково это... 

– Что она тебе такого сделала?! – все же идеальный момент омрачает одна деталь – хмурый парень в черном пальто, который мог не только наговорить гадостей моему спасителю, но и сотворить с ним что-нибудь ужасное. Но на удивление Теон молчит, словно раздумывая, отвечать чем-либо на наезд парня или нет.

– Меня, кстати, Кир зовут, – мягко улыбается мой Лео. Видимо, поняв, что Теон не собирается ему отвечать, он решил переключиться на меня.

– Алла Николаевна попросила передать, что все собираются в «музыке» у Элизы Игоревны. А ты идешь? 

Голос Кира похолодел на несколько градусов, стоило ему обратиться к Теону. 

– Конечно, – спокойно отвечает тот. 

– Тогда, пошли, – кивнув, он разворачивается и идет обратно к школе. 

«Теперь мне все ясно», – немое замечание Теона холоднее лезвия ножа, я вздрагиваю и пытаюсь мысленно отгородиться от него.

 В лесу родилась елочка, в лесу она росла... Зимой и летом стройная…

«Ты ведь знаешь, что это не больно-то помогло?» – очередное замечание, теперь уже с легким оттенком иронии. 

Он, наверное, и те мысли прочитал, когда я смотрела на… 

«Да. Мерзость…» – Теон морщится от отвращения. 

Отворачиваюсь, чтобы не видеть ехидную ухмылку на надоедливом лице.

Когда подходим к входу, едва не уступаю желанию прищемить Теону пальцы о любезно открытую чугунную дверь.

 

– Л… Кир, А кто такая Элиза Игоревна? – поправив себя, спрашиваю, не в силах выносить молчание. 

– Это наша музыня, – быстрый, чем-то обеспокоенный ответ, – ее кабинет находится в левом крыле второго этажа почти в самом конце коридора. Сами дойдете? Мне нужно сбегать забрать вещи из нашего класса. 

– Можно я с тобой? Я тоже забыла свою сумку в «русском»… – хватаюсь за любую возможность побыть вместе с Л… Киром, даже если это будет длиться всего несколько минут.

Особенно, такая возможность привлекает еще и тем, что рядом не будет мрачного подставного брата. 

– Я принесу и твою сумку, мне несложно, – и, улыбнувшись, блондин убегает вперед, даже не услышав ответ. 

Моя рука, пытавшаяся непроизвольно схватиться за рукав клетчатой рубашки, замирает в воздухе. Я снова вспоминаю его теплую улыбку, и сердце сладко замирает.