Изгои Интермундуса

– Не всем же прыгать от радости, – устало отвечаю тихим голосом, ругаться абсолютно нет никакого желания, – И да, я знаю, что ты завтра собралась на свидание.

Дея останавливается и резко оборачивается. Лицо девушки заливается краской.

– Ну... Я... – начинает смущенно бормотать, словно оправдываясь. Чужие и такие яркие эмоции – радость, предвкушение, волнение с толикой смущения – удавкой сдавливают мое горло.

Резко выдыхаю сквозь зубы, притворно поежившись. Холод – последнее, что меня волнует.

Просто не хочу показывать, что меня все это задевает. Чувство, будто конченые придурки устроили танец на костях только что сгоревших людей – неуместно и противно.

– Ты не против? – спрашивает Дея, она уже отвернулась, так что вряд ли увидела, как у меня округлились от удивления глаза.

Ей не все равно? Хотя нет. Рыжую принцессу на самом деле не волнует мое мнение: судя по мыслям, витающим вокруг цвета и фасона платья – это был дежурный вопрос.

Она сбавляет шаг, когда мы подходим к более оживленному участку улицы, и начинает озираться по сторонам, ища кого-то.

Ответ очевиден. Его. Все внутри вскипает, подобно расплавленному железу и медленно капает, прожигая в сердце дыру, как в куске бумаги.

Так... Удушить. Эффективно, но столько силы надо приложить, что я полусонный вряд ли справлюсь... Зарезать. Легче, но грязи будет прилично, и попасть нужно точно...

– Простите...

Я отвлекаюсь на придуманное ночью занятие и не замечаю, что мою горе-спутницу, решившую пройти сквозь плотный сгусток людей, двигающихся в сторону подъехавшего автобуса, стиснула пара сомнительных элементов, один из которых явно собирается подрезать ее жалкое подобие походного рюкзака.

Оттолкнув парня в перчатках, выдергиваю девушку и тащу в обход образовавшейся толпы.

– Ты хотя бы смотри, куда идешь, – цежу сквозь зубы, не сбавляя шаг.

– Ой, Теон, рука... – она спотыкается, явно не успевая за мной.

Обернувшись, останавливаюсь и отпускаю руку девушки, побелевшие пальцы которой становятся красными.

Дея потирает ладонь, немного поморщившись.

– Перчатки надень, – коротко бросаю я. – Заболеешь еще и будешь весь день ныть, что свиданку пропустила.

Знаю, что мой голос звучит грубо. Но злюсь я скорее на себя, чем на нее.

Да что же со мной такое? Последние несколько лет, а то и больше, я, конечно, чувствовал раздражение, но не до такой степени.