СТРАЖИ. Часть 1. Чистый и нечистый

Вам было дано испытание – шанс все исправить. А вы его не прошли. Только хуже сделали. Сразу две души загубили – и свою, и сына.

- Нет, нет! - Ларин обхватил голову руками и разрыдался. – Я не хотел ничего плохого… Он уничтожил всех близких мне людей.

- Это ревность. И месть. И жажда демона, который у него внутри - благодаря вам.

- Что же делать?

- Давайте ключ, - сказал Эфраим.

Ларин вынул из кармана ключ – массивный железный ключ от большого амбарного замка.

- Там заклинание. Никому ни войти, ни выйти, - угрюмо сказал он.

- Надеялся заморить его голодом? – вполголоса сказал Измаил и уже занес было руку, чтобы стукнуть Ларина по затылку, но Эфраим остановил его.

- Иди за мной, - сказал ангел.

Они оставили доцента рыдать в одиночестве и подошли к двери.

Отперев и откинув замок, Измаил толкнул дверь. Она не шелохнулась.

- Похоже, и правда заговоренная, - сказал алхимик.

- Есть идеи? – спросил Эфраим.

Измаил пожал плечами и показал старинный пистолет.

- Зарядил отравленными пулями. Могу отравить дверь.

- Понятно, - сказал Эфраим. – Отойди-ка.

Измаил сделал шаг назад, ангел поднял голову вверх и широко открыл рот. Сперва ничего не произошло. А потом… Измаил так и не услышал никакого звука – но он ощутил его. Внезапно, среди ясного неба и спокойного вечернего воздуха, возник ветер – сильнейший поток, исходящий изо рта ангела, ударил в дверь, в дряхлые кирпичи башни так, что здание пошатнулось.

«Ангел вострубил, и снята была первая печать…» - вспомнились Измаилу строчки из Библии. Он с трудом удержался на ногах, ухватившись за рукав Эфраима.

Дверь – тяжелая, железная, больше похожая размерами на усадебные ворота – заскрежетала, смялась как лист бумаги и вылетела из проема. Горячая смрадная пыль пронеслась над головами присутствующих.

- Можно войти, - сказал Эфраим. И первым шагнул вперед. За ним последовал алхимик.

Внутри башни было темно. Сквозь заколоченные окна вверху почти не пробивался свет вечереющего неба.

- Фу, ну и вонь! Здесь какая-то помойка… Видишь его? – спросил Измаил.

Брезгливо морщась, он оглядывал помещение, держа свой пистолет наизготовку. Эфраим всматривался в наваленный вдоль стен разнообразный хлам – сломанные доски, ящики, бутылки, куски арматуры, остатки пружинного матраса, какое-то тряпье…

- А может, он… - заговорил Измаил, но Эфраим прервал его:

- Нет, он здесь. – Лицо ангела сделалось печальным.

Он подошел к продавленному матрасу, к тому, что оба они приняли за набросанные как попало тряпки.

– Смотри.